Как можно отдать моего новорожденного ребеночка кому-то чужому?
За что меня лишать материнских прав? Я уже люблю своих детей больше жизни. Буду заботиться о них, когда они придут в мой мир.
Я не должна бояться! Не должна. Иначе сделаю себе только хуже, – читаю мысленно мантру.
Делаю глубокий вдох.
Паника бурлит в крови, но я устала бояться.
Вначале следак пугал меня, что мои детки будут расти за решеткой, теперь он давит на мою психику, запугивает, что отнимет у меня право на материнство.
Нет! Так не пойдет.
Вспоминаю, что девчонки в камере говорили мне – он будет выворачивать тебя шкурой наружу, разбирать и собирать заново. Всё терпи, девочка! Не сдавайся!
Вдох-выдох. Убеждаю себя, что всё получится, перехожу в наступление.
– Пожалуйста, сообщите майору по кличке Седой, что я жду от него ребенка. Он – мой последний шанс, – бормочу я.
Мезенцев громко и ядовито хохочет. Затем замолкает, смотрит внимательно, серьезно отвечает."
"– Как только скажешь, куда твой отец перевел все деньги, так сразу и сообщу твоему майору о ребеночке.
Считываю по его бегающему взгляду, что врет. Хотя при этом даже глазом не моргает.
Дверь щелкает и в комнату входит охранник. От щелчка наручников на моих тонких запястьях сердце снова чуть не останавливается. Никак не привыкну к этому клацанью.
– Иди! – командует следователь.
Ноги парализует от страха за себя. Губы пересохли, но я должна спросить. Хотя бы попытаться.
– Могу передать папе, что я здесь?
– Нет! – отрезает мою попытку к спасению.
– Право на звонок… у меня есть… я знаю.
– Кино насмотрелась! Угрюмая, запомни, нет у тебя ни на что прав. Ты их лишилась уже при рождении!
– Родителей не выбирают! – шиплю я. Конечно, я уже миллион раз прокрутила в голове эту мысль, почему я родилась именно у этого отца. Почему небеса решили за меня мою судьбу, а со мной не посоветовались?! В моей душе царит полный полумрак.
Но в моем теле живут дети, и я должна бороться. Спрашиваю:
– Если я вспомню, где лежат деньги папы, вы меня отпустите?
– Вот как заговорила! Ты меня шантажируешь или условия ставишь?! Девонька, ты не поняла, я здесь главный! Ты вспомни сначала…
Вздрагиваю от странной фразы.
Если я правильно поняла, то меня не собираются выпускать!!!
– Что это значит? – спрашиваю дрожащим голосом.
– Еще надо понять степень твоего участия в махинациях твоего отца!
Ледяные мурашки бегут по позвоночнику. Нервы натянуты как струна и снова тошнит как утром.
Мерзко на душе.
