"
"Машка шуршит впереди нас, а мы неспешно идем за девчушкой. Будто куда направляемся маленькой дружной семьей. И не подумаешь, что нас троих связывает совсем не то, что хотелось бы.
Машуня здесь потому, что бабуля заболела или дедуля.
Мирон потому, что живет здесь.
А я потому, что так надо! Надо кому-то, но не мне! Будь моя воля, я бы никогда не пришла к Миру, даже ради мести. Знаю, что он черствый жесткий человек, поэтому не хочу находиться с ним. Он делает мне больно! Даже не захотел послушать меня, когда я хотела рассказать ему, какие у него замечательные и умные дети – лапочка-дочка и умница-сыночек.
С тяжелым сердцем жду ответа. Но конечно, не верю, что Мирон будет со мной честен и откровенен.
– Наташа была беременна, когда я вернулся. Так вышло… Она не стала юлить, сказала, что забеременела от нашего общего друга. Предлагала мне бросить ее… но я не смог. Чувство вины давило на меня, и я остался. Понимал, что слишком долго отсутствовал, вот она и не выдержала.
Женился.
– Кто у вас? Дочь или сын?
– Никого. Малыш умер сразу, как родился, запутался в пуповине, не смогли откачать. Наташа дома родила, я был на очередном задании, под прикрытием.
Оглушающее чувство растерянности.
– Никто ей не помог?
– Скажи, что я мерзавец и подлец. Ты же так думаешь?
– Я… я ничего не думаю. Это твоя жизнь, – лепечу, едва сдерживая слезы.
– Ната была абсолютно беспомощна, телефон разрядился, никого не было дома, она осталась один на один с проблемой.
Когда приехала скорая, жена уже родила, и ребенок запутался в пуповине. Медики пытались откачать, но не смогли.
– Мне жаль!!!
Страх и боль поглощают всё моё существо.
Я же тогда проклинала Мирона, его жену. Мой отец проклинал их.
О боги! Надеюсь, это не наша вина!
Мир стоит около машины, спиной ко мне, и я не вижу выражения его лица, но догадываюсь, какое оно.
Все мои мысли сейчас о том не родившемся ребенке.
– Вы из-за этого развелись? – спрашиваю тихо.
– Мы до сих пор не разведены! Наташа поставила отношения на паузу и уехала.
– Прости… я подумала, что между вами всё кончено.
– Тебе хочется, чтобы у меня было всё фигово. Да?! – Мир разворачивается и хватает меня за плечи. Трясет, а потом сжимает мои плечи своими ручищами как клещами. Заглядывает больным надломленным взглядом в глаза.
– Ты меня проклинала да???
– Что такое ты говоришь? – лепечу я. – Я не могла!
– Зато Наташа обвинила в смерти сына меня.
