Я просто не могла отключить свое недоброе предчувствие. Мне не удавалось сделать это.
— Понимаю. Можно ли выразить это так: ваш инстинкт говорил: ""Нет""?
— Да, — согласилась Клара. Это было очень точное определение. — Мой инстинкт прямо-таки настойчиво твердил: ""Нет"".
— Однако…
— Обычно моя шефиня внимательно прислушивалась к моему мнению. Но на этот раз она стала придираться ко мне. Сказала, что у меня вообще нет никаких аргументов, что я совершенно непрофессионально действую… и в конце концов я сама себя спросила, не права ли она.
— Сколько вам было лет?
— Двадцать три.
— Вы были очень молоды.
— Да. Собственно, я была очень уверенным в себе человеком, но тут у меня все больше стали появляться сомнения. И наконец моя шефиня выдала правду: Леновски были желательными кандидатами на самом высоком уровне. Она, так сказать, лично получила от руководителя социального департамента четкое указание, чтобы следующего ребенка — а это был маленький Мариус — отдать в качестве приемного сына Фреду и Грете Леновски.
Руководитель департамента дал понять, что в этом деле он получил указания непосредственно из офиса бургомистра.
Кронборг тихонько присвистнул сквозь зубы.
— Похоже на первоклассный сговор между друзьями, или…
— Конечно. Я это сразу так и поняла. Но с другой стороны… одно только это обстоятельство, само по себе, еще не означало, что Леновски — плохие кандидаты. Кроме того…
— Да? — спросил комиссар, когда его собеседница запнулась."
"— Дело в том, что приемных семей не так уж много, — объяснила Клара.
— Немногие люди соглашаются жить с ребенком из очень сложной социальной среды, который, возможно, тяжело травмирован. Да еще при условии, что в любой момент они должны быть готовы к тому, чтобы снова отдать его, если в семье, из которой забрали ребенка, все изменится к лучшему. Я хочу сказать: отказать Леновски означало бы, что для Мариуса поначалу вообще не нашлось бы приемной семьи. Ему пришлось бы на неопределенное время остаться в приюте.
Кронборг, подавшись немного вперед, посмотрел на женщину добрыми глазами, и она заметила, что под его взглядом начала успокаиваться.
— Вам не нужно так отчаянно и взволнованно защищаться, Клара. — Он назвал ее просто по имени, но это было ей приятно. — Я прекрасно могу понять трудность вашего тогдашнего положения. Могу понять, как трудно вам было взвешивать все ""за"" и ""против"". Могу понять ваши действия — а именно, передать шестилетнего ребенка под ответственность Леновски. На самом деле.
