Лишь слабый, поверхностный вздох и едва заметное нетерпеливое качание головой при виде отвоёванных нескольких дюймов его личного пространства.
«Ответь мне. Одно слово!» — молила Ника мысленно. Дай мне уцепиться хоть за вздох, хоть за чих, хоть за что-нибудь! Дай завязать разговор! Дай мне шанс спасти тебя, если у меня ничего не получится!
Нику не смущало, что она ползает перед мужчиной на коленях. Она подбирала монеты, бросала их в открытую шкатулку, двигая ту по полу дальше от двери.
— Выслушай меня, — полшага-полползка вперёд.
Столько же проделала шкатулка, сухо чиркнув дном по ледяному мраморному полу коридора. Полы накидки путались под руками, мешали продвигаться вперёд, капюшон сбился набок. Если бы удалось сбросить с себя эту хламиду, то дело пошло бы быстрее.
Ника задела плечом колено кэптена, собираясь проползти дальше, но он выставил трость, лаковый шафт которой наглым образом упёрся в её лоб.
— Уходи, — глухой голос Ван дер Меера в тиши коридора прозвучал зловеще и угрожающе.
Бинго!
— Видишь, я перед тобой на коленях, — Ника подняла лицо и робко улыбнулась. — Прошу тебя о снисхождении. Выслушай меня.
Смотрела в его глаза в надежде увидеть хотя бы намёк на смягчение, но не видела ничего.
Почему же ей так плохо? Она же была готова к «радушному» приёму и не рассчитывала на продолжительный разговор! Была готова даже к тому, что Адриан схватит её за шиворот и вытолкнет за дверь.
«Ван дер Меер не простит. Никогда и ни за что», — накрыл леденящий кровь страх потери.
Засел в сознании гвоздём. А разум верить отказывался.
Хотелось снять с себя вину, объяснить, почему Руз поступила так, а не иначе.
Хотелось понимания и поддержки.
Хотелось прощения.
Ника вздохнула и, взявшись за трость, села на полу по-турецки:
— Ты правильно делаешь, что не желаешь выслушать меня, — подгребла к себе ближайшую монету.
Давящим взглядом Адриан кивнул на дверной проём, из которого веяло холодом.
— Уйди, Руз, — искривились красивые губы; дёрнулась мышца на щеке.
Ника отрицательно качнула головой, понуро глядя в пол:
— Я пришла, чтобы под любым предлогом войти в твой дом и подлить в твою еду снотворное. Я должна оставить открытой дверь, что ведёт во двор. После этого… — договорить не хватило сил. Она подняла на Адриана глаза, полные слёз.
Он вздёрнул бровь.
— Тебя прислал Якоб, — дрогнули губы в кривой ухмылке. — Теперь ты предала его.
Руз предала Ван дер Меера, а Ника предала Якубуса. Круг замкнулся.
