— Его бы как-нибудь спустить вниз. Во сне может скатиться с лестницы и шею свернуть, — Ника поёжилась. — И там холодно.
— Быстрее придёт в себя, — послышался смех мужчин. — Отоспится и сам спустится.
— Идём, провожу тебя домой, — капитан торопливо снял свой плащ, набросил на её плечи и мягко подтолкнул в направлении дома Ван Вербумов.
— Мне бы накидку забрать, — упёрлась Ника.
— Найдём и принесём, — успокоил её Алан.
Он потёр переносицу, дал указания и два дозорных заспешили к башне.
— Спасибо. Спокойного вам патрулирования, — улыбнулась Ника стражникам.
Они шли по тихой улице. Их обгоняли редкие прохожие, оглядывались.
Позади в отдалении дозорный вёл в поводу Люцифера. Слышался гулкий стук копыт по мостовой, звон уздечки и недовольное ворчание сопровождающего. Конь не слушался и норовил вырваться.
— Почему ты в такое время ходишь одна? — спросил Алан у Ники.
— Так вышло, — уклонилась она от ответа.
Вспомнила, что видела капитана мельком среди его сослуживцев на похоронах Якубуса. Теперь он занял его место.
Люцифер теперь тоже его.
— Как чувствует себя госпожа Маргрит? — спросил Матфейсен с искренним сочувствием во взгляде.
— Плачет, — вздохнула Ника.
— Так что ты здесь делала одна? — снова спросил он, оглядываясь на воевавшего с конём стражника.
— Ходила в лавку за мылом и поддалась искушению, когда увидела открытую дверь в башню. Знала бы, что так будет, пошла бы по другой улице.
Ника украдкой рассматривала нового знакомого.
Алан Матфейсен выглядел не старше Ван дер Меера или Якубуса, не выше и не шире в плечах.
Подтянутый, стройный, светловолосый. С тонкими чертами лица и негромким голосом. Цепкий пытливый взгляд голубых глаз, мягкий рисунок губ, аккуратные усы. Руки с узкими ладонями и длинными пальцами, на одном из которых крупный золотой перстень, явно фамильный. Аристократ. В манере говорить и двигаться чувствовалось благородное происхождение.
Мужчина следил за собой: форма подогнана по фигуре, обувь начищена. Смотреть на него было приятно.
Некоторое время они шли молча.
— Осторожно, — Алан взял Нику под локоть, направляя в обход череды небольших луж.
— Как тебя принял Люцифер? — спросила Ника. Внимание и обходительность капитана приятно согрели душу. — Слушается?"
"— Жеребец с характером, — качнул головой Алан. — Дня два не подпускал к себе, затем согласился, что лучше подружиться со мной, чем быть проданным на ферму, — обернулся на коня. — Верно, Люцифер?
Черный великан фыркнул и мотнул головой.
