И они доносятся из ванной комнаты!
Быстро, почти бегом, подхожу к двери, негромко, помня об императорских шпионах в гостиной, стучу.
- Вейн? Все в порядке?
В ответ мне – тишина."
"- Вейн? Скажи что-нибудь? Если будешь молчать, я зайду!
И все равно ответа нет.
- Я вхожу!
Открываю дверь понемногу, чтобы, если что, Вейн успел меня остановить, но в ванной все так же тихо. Тогда я распахиваю настежь и от увиденной картины вскрикиваю, в ту же секунду бросаясь к мужу.
Глава 23-1
Он лежит до пояса голый на полу, лицом вниз.
- Вейн? – опускаюсь рядом с ним на колени. – Вейн?
Ответом мне служит такой же стон, какой я уже слышала. Глаза мужа закрыты, на лице застыла гримаса боли. Мне становится страшно. Во-первых, потому, что ему явно плохо, а я не знаю, чем помочь. И во-вторых, не факт, что я в принципе могу хоть что-то сделать, чтобы облегчить состояние Вейна.
Скрипя зубами и пыжась, стараюсь перевернуть мужа с живота на спину, чтобы рассмотреть. Может, где-то есть рана? Я же заметила раньше, что у него какой-то бледный, нездоровый вид, но не придала этому значения, дурища!
С трудом мне удается перевернуть Вейна.
Мне казалось, я готова ко всему, но то, что открылось передо мной сейчас, заставляет отползти подальше и замереть. По телу мужа разливаются какие-то руны. Черными очередями тянутся они по груди, спускаются на плечи, подобно змеям ползут к кистям. Если бы эти руны просто лежали на коже, я бы только удивилась, что в этом мире есть татуировки. Но вот это их шевеление и ползанье. Бр-р-р-р!
А потом я замечаю то, в чем, кажется, и есть проблема.
В самой середине груди Вейна есть что-то, похожее на рану. Круглое, черное, с ответвлениями, ползущими по плечам и залезающими даже на шею и подбородок, лежащего герцога.
Это последствие дуэли? Чем можно нанести подобную рану? Почему герцог ничего не сказал? Наверняка, это противозаконно! Да, барона наказали, но за такое, уверена, положено что-то покруче, чем конфискация имущества.
Вопросов много, а единственный, кто может на них ответить – лежит без сознания.
Набравшись смелости, снова подползаю к Вейну поближе. Аккуратно дотрагиваюсь рукой до его лба и тут же убираю пальцы. Горячий! Ужасно! Надо срочно что-то делать, иначе я рискую остаться вдовой, даже не консумировав, пусть и ложно, брак!
За ноги, потихоньку, перетягиваю Вейна в спальню, чувствуя себя так, словно двигала трехстворчатый шкаф с антресолью.
Так, думай, Дарья! Кто может помочь?! Единственный, кто приходит в этот момент на ум – бабуля.
