На вражеском судне ядрами снесены стеньги, реи, паруса, богатые украшения на корме охвачены огнем, он, очевидно, пытается спастись бегством, но русские моряки пошли на абордаж… Насте показалось, что она слышит яростные крики сражающихся, стоны раненых, свист ядер и оглушительные взрывы снарядов. Она склонилась и прочитала в нижнем углу рамы название картины «Разгром адмиралом Ушаковым османского флота при мысе Калиакрия. 31 июля 1791 года».
Настя не успела выпрямиться. Кто-то осторожно коснулся ее локтя. Она обернулась и пошатнулась от неожиданности.
Сергей все-таки настиг ее… Он поймал ее в свои объятия и не позволил упасть. И держал непозволительно долго, пока она решительно не отстранилась от него. Но не успела она и шага ступить в направлении двери, как граф преградил ей дорогу и опустился на колени, умоляя выслушать его.
Она отстранила его руки, пытавшиеся захватить ее ладонь для поцелуя, и сделала новую попытку выйти из зала. Тогда Сергей вскочил на ноги и, несмотря на ее сопротивление, привлек девушку к себе и принялся покрывать поцелуями ее щеки, глаза и, отыскав губы, прильнул к ним, словно изнывающий от жажды путник, отыскавший в бесконечной пустыне ему одному ведомый оазис.
Между поцелуями он успевал шептать ей о любви, но Настя, проглотив буквально сжигавшие ее слезы, с силой оттолкнула его от себя и достаточно твердо произнесла:
— Однажды вы уже говорили подобные слова, граф, или похожие, я не помню точно!.. Поймете ли вы наконец, что я перестала вас любить с того момента, когда узнала всю правду.
К тому же, насколько вам известно, я любила человека, называвшего себя Фаддеем Багрянцевым, но отнюдь не Сергеем Ратмановым. Вы должны признаться самому себе, что ваши опрометчивые действия привели к последствиям, которые никто из нас не в состоянии изменить!
— Я никогда в это не поверю! — Сергей подошел к ней вплотную и, приблизив свое лицо к ее лицу, заглянул в глаза Насти. — Разумом я понимаю, что ваше доверие, ваша вера в мою искренность разрушены, но сердце мне подсказывает, что ваша любовь не умерла.
Я читаю это в ваших глазах, Настя!
— Вы ошибаетесь, — прошептала Настя и словно со стороны услышала свой тусклый от скрытой горечи голос. Она точно потеряла в этот момент нечто важное, поддерживающее до сих пор ее жизненные силы, и все внутри ее вмиг помертвело и покрылось ледяной корочкой. Она отвела взгляд от его побледневшего лица и добавила:
— Пока не поздно, подыщите себе другую невесту.
