— Пиздец… — увидев меня, мужчина вздыхает с явным облегчением. Застывает надо мной каменной глыбой и какое-то время молчит. Его шумное и прерывистое дыхание вливается в общий грохот пульса в моих ушах.
Физически ощущаю на себе чужой тяжелый взгляд. Он ледяными мурашками по коже проносится. Я смотрю на босые ноги Пожарского и ежусь не столько от холода, сколько от страха. Смотреть ему в глаза не решаюсь. Угнетающая пауза между нами затягивается, а затем резко лопается…
— Что не так? — в кабинке раздается надсадный хрип Максима Андреевича.
— Всё… — содрогаюсь от собственного жалобного всхлипа. — Всё со-в-вершенно не т-так…
Подняв на него растерянный взгляд, крепче прижимаю к груди колени.
Монстр смотрит так, будто готов меня убить и… приласкать одновременно.
— Конкретнее, Ива, — его тон теплеет. Взгляд становится мягче. — Я не умею читать мысли. А твои и подавно. Впервые встречаю такую неординарную девушку. Я польщен. Ты потрясающая…
— Всё не так! — прерываю его комплименты надсадным вскриком, не смотря на то, что он ведет себя почти сдержанно и дружелюбно.
— Мы не должны были… не должны… — прикусив губу, даю выход эмоциям. Снова начинаю рыдать.
Чертов откат!
Хочу остановиться и не могу.
В его присутствии накрывает ещё больше. Ещё сильнее.
Он не злится! Не злится на меня за разбитую в щепки дверь!
Сначала утюг, потом мамина люстра с шампанским. Сейчас вот это всё…
Из-за меня всё рушится в этом доме!
Господи…"
"— Поднимись, — Пожарский протягивает мне руку.
Я не реагирую. Если прикоснусь к нему, снова сгорю…
Он — моё персональное чистилище…
— Ива, дай мне руку и поднимись, — жестче повторяет мучитель.
Трясущимися ладошками растираю слезы по щекам и отрицательно верчу головой. Тогда Пожарский резко подается вперед. Схватив меня своими сильными ручищами за плечи, отрывает от пола и ставит на ноги. Лицом к лицу. Встряхивает.
— Что за хрень ты творишь? — рычит мне в лицо и следом припечатывает грудью к своему торсу. Обнимает, прижимая к себе так крепко, что мне становится трудно дышать. — Ты хоть понимаешь, до чего меня довела? Я едва не поседел!
— Я шлюха? — спрашиваю в перерывах между рыданиями.
— Что? — Пожарский теряется.
— Для вас я шлюха? Да?
— С чего ты взяла?
— Я не слепая! — выпаливаю, делая попытку вырваться, но не хватает сил.
