— Ты даже не представляешь, как мне это нужно… — медленно прижимаюсь к ним своими, целую. Почти невесомо.
Вздрогнув от пронзивших ощущений, девочка прикрывает глаза.
Я же в ад с головой ныряю и задыхаюсь. В легких разгорается пожар. Такое со мной впервые за долгое время творится. Не ожидал. Каждый нерв, каждая клетка в теле невыносимо зудит. Чувствую, как меня накрывает возбуждением. Как кровь бьет в голову и стремительной волной несется в пах.
Всё, Макс. Пиздец. Приехали…
Лучше бы ты вызвал неотложку. Теперь она точно с иглой не справится, а я не справлюсь со своей адской похотью.
Погряз в грехе по самое не хочу…
Зарываюсь пальцами в её шелковистые волосы. В порыве страсти сжимаю их на затылке в кулак. Сминаю мягкие губы, скользя по ним языком, а затем давлю им на зубы. Ива несколько секунд борется с нерешительностью, а потом всё же впускает, но отвечать, судя по всему, не собирается.
— Дай мне язык… — хриплю я, смешивая наши дыхания. Нежно прихватываю губы зубами, оттягиваю и отпускаю, а затем снова ныряю в её сладкий и теплый рот.
Нахожу её язычок…
М-м-м…
Меня взрывает ощущениями. Вкусная девочка. Невероятная…
Мягко касаюсь языка своим, глажу, выманивая наружу, хочу его всосать, но не успеваю насладиться, как мой ошпаривает дикой болью.
— М-м!.. — мычу я, безжалостно сгребая в горсть её волосы.
Оба возмущённо шипим, отпуская друг друга.
Сучка мелкая! Цапнула так, что аж в глазах заискрило.
— Сумасшедшая?
Отстранившись, сверлю её вопросительным взглядом. От похоти трясёт. Адреналина в крови ещё больше становится.
Ива, с горящими гневом глазами, судорожно выдыхает и делает шаг назад, скрещивая на груди предплечья.
Ладно, Макс. Тормози. Иначе придётся ещё что-нибудь зашивать…
Один неверный шаг, и эта напуганная лань воткнет иглу куда не надо!
Бешеная.
— Максим Андреевич, если хотите, чтобы я нормально заштопала вашу бровь, уберите от меня свои наглые руки! — в сердцах выпаливает девчонка, сжимая пальчиками иглу настолько сильно, что тонкие костяшки издают хруст.
— А также язык и… и ваш член! Не нужно в меня его запихивать!
— Кого? — возмущаюсь я по поводу необоснованной претензии. — Я ещё ничего не пихал! — отбив её гневную тираду, поправляю через брюки несвоевременный стояк. Ива непроизвольно отслеживает движение моей кисти и густо краснеет. Оба с трудом переводим дыхание.
— Я… им-м-ела в виду язык… — уточняет, стыдливо отворачивая лицо в сторону.
— Обезболить никак нельзя? — повторяю вопрос.
Смотрю на неё исподлобья.
