Кассель будет стоять на карауле и предупреждать о приближении голодных озлобленных леди к запретной зоне – кухне.
– А я? – кусая губу, чтобы не улыбаться, поинтересовался лорд Риккардо.
– А вы, шеф, будете наводить трепет и ужас на гостей. – Полюбовавшись на округлившиеся глаза будущего «пугала», продолжила: – Ваши невесты должны осознать страшное: если они станут вашими супругами, впереди их ждут долгие голодные годы, потому что вам нравятся очень стройные и бледные девушки.
– А почему бледные? – вмешался Лекс.
– От недоедания, – пояснила я.
– А сейчас предлагаю покончить с подписанием договора, заверить его магически и отправиться на кухню. Нужно натащить припасов и спрятать в своих комнатах.
Мы, трое живых, обменялись многозначительными взглядами. Я для полноты картины ещё и бровями поиграла.
Призрак снова хохотал. Чувствую, в его не-жизни наступили долгожданные весёлые времена.
– Эрика, вы страшная женщина, – тихонько сообщил мне лорд Риккардо, когда мы опустошали кладовку под предельно изумлённым взглядом поварихи, пришедшей спозаранку ставить опа́ру для теста.
– Девушка, ваше сиятельство, – исправила я его. – Не женщина.
– Это не меняет сути. Вы явились только вчера, уже перевернули всё с ног на голову, втянули нас всех в безумную авантюру и…
– И избавляю вас от неугодного брака, помогаю вашему фамильному призраку не скучать и не донимать домочадцев, вашему сыну показываю, что не всё запретное запрещено так уж строго. И лично участвую в ограблении кухни. Достаньте-ка вон с той полки банку варенья, – указала я в нужную сторону.
– Его заберу я, – сняв и повертев банку в руках, внезапно заявил мой собеседник.
– Это почему ещё?! Я тоже хочу варенья! – немедленно возмутилась я. Не родился ещё тот, кто у приютской сироты мог бы безнаказанно утащить варенье из-под носа.
– Оно вишнёвое. Вам не понравится.
– Отлично! Я обожаю вишнёвое варенье! Уступите девушке.
– Девушки должны быть стройными! – невозмутимо прижав к груди банку, заявил маркиз.
– У меня всё отлично со стройностью.
Отдайте варенье.
– Не отдам!
Мне кажется или этот взрослый мужчина, почтенный отец взрослого сына, маркиз, владелец большого состояния, сейчас совершенно по-детски наслаждается грабежом кухни и спором из-за сладости?
– Отец, вы всё? Эрика? – заглянул к нам Лекс.
– Твой отец нагло присвоил последнюю банку варенья! – немедленно сдала я лорда.
Мальчишка захлопал глазами, после чего шёпотом спросил:
– Вишнёвого? – Я кивнула, и он пояснил: – Не отдаст.
