Дождавшись, когда он ляжет, Катя тут же встала, прихватив одеяло, подошла к кровати и устроилась рядом с Артёмом, укрыв их обоих. Ей хотелось обнять Артёма, но пока нельзя. Положила тёплую ладонь на его плечо.
— Не помешаю?
— Конечно, нет! — тут же отозвался он, улыбаясь, как подросток в пубертатном периоде. — Не вздумай уйти! И вообще, надо было сразу здесь лечь, а не на кушетке.
Он высвободил левую руку и осторожно обнял Катю, притянув её голову на своё плечо.
— Прости меня, Катя!
— Не начинай, Суворов! Мы уже всё обсудили.
Тема закрыта. Я не хочу, чтобы тебе опять воткнули успокоительное, и ты спал! Хочу вот так лежать с тобой и разговаривать. Но только не о прошлом, хватит!
Она коснулась кончиками пальцев его щеки и подбородка.
— Колючий, как тот кактус, который Нина Андреевна провокационно установила на окне моего кабинета, — улыбнулся Артём.
— Мне нравится. Я люблю кактусы. Но дома не развожу их. Говорят, в девках останешься, если кактусы разводишь.
— А ты не хочешь в девках оставаться?
— Нет, конечно! У меня в шкафу до сих пор лежит самая мещанская и пошлая коробочка с двумя кольцами, ждёт своего часа.
— Катя! — выдохнул он, а она тут же приподнялась, обхватила его за колючие щёки и прижалась губами к его губам.
Она смотрела на его очень бледное лицо и подрагивающие тёмные ресницы, и чувствовала, как его сердце отдаётся в её груди.
Пора остановиться. Он ещё недостаточно окреп для таких фокусов.
— Ну нет, не уходи! — разочарованно пробормотал он, пытаясь одной рукой удержать голову Кати возле своего лица.
— Нет, рано. Пока достаточно, — строго сказала Катя и опять устроилась на его плече. Артём тяжело вздохнул.
— Кольца, наверно, новые надо, — задумчиво проговорил он. — Те уже не по размеру.
— Нет, я хочу только те. Отдадим ювелиру, он сделает всё по размеру.
— А платье?
— Никаких платьев, Суворов, и никаких торжеств. Ты, да я, да мы с тобой. Уже потом можно просто посидеть где-нибудь с родителями и Серёжей.
Твои как, прилетят? Они же меня вообще не помнят, наверно?
— Если позову, прилетят, конечно! Как жаль, что бабушка не дожила…
— Да. Очень жаль.
— А как Сергей меня воспримет, Катя?"
"— Как-как, — улыбнулась Катя. — Вперёд меня в ЗАГС прибежит. Сам Артём Александрович, это ж как все от зависти лопнут! А если серьёзно, Артём, они очень тебя любят. Надеюсь, ты это ценишь.
— Ценю, конечно! С годами в голове как-то сортируется главное от второстепенного.
