А если он вздумает языком трепать, то пойдёт с ней «паровозом», за групповое и дадут больше! А она уж позаботится, чтобы по возможности больше на него свалить.
Зная Олеську, он поверил. Но затаил обиду и решил хоть как-то хитростью смешать ей карты. Он задумал как-то подтолкнуть Бабушкину к Суворову, но мозгов и хитрости у него явно не хватало.
— К чему такая спешка? Зачем вокзал? — спросил он у Кати, тревожно смотрящей в замызганное окно его машины.
— Артём Суворов уезжает, поезд скоро отправится. Мне нужно увидеть Артёма, — Катя сказала правду, у неё не было сил сочинять.
— Вот те раз! — разочарованно протянул Жора и даже присвистнул.
— А что? — Катя посмотрела на него с подозрением. — Ты знаешь что-то?"
"— Я? Что я должен знать? Просто удивляюсь. Не знал, что вы с Суворовым общаетесь.
Катя не поверила ему, но ей некогда было сейчас думать об этом. Они припарковались на стоянке возле вокзала, и Катя, быстро поблагодарив Жору, выскочила из машины.
Она посмотрела на табло, с какого пути отправляется поезд на Москву, и побежала вверх по лестнице.
Проводники уже запускали пассажиров в вагоны, проверяя билеты. В одной из очередей Катя увидела Артёма, и бросилась к нему.
Его лицо дрогнуло, но из очереди он так и не вышел. Пришлось ей стоять с ним и говорить при всех.
Растрёпанная, лохматая, красная, она тяжело дышала от бега. Такой её и запомнил Артём.
— Артём, — она схватила его руку, но он тут же высвободился. — Выслушай! Я знаю, что Олеся устроила какую-то провокацию! Поверь мне! Не уезжай! Дай время, я выясню всё!
Суворов молчал.
Его очередь приближалась.
— Артём! — в отчаянии воскликнула Катя, видя, как он протягивает проводнику билет. — Я беременна! Почти шесть недель, Артём!
Его лицо опять дрогнуло, но Катя видела, что он не поверил ей. Пожал плечами и бросил, поднимаясь по лестнице в вагон:
— Если беременна, сообщи отцу ребёнка. Причём тут я?
Он скрылся, даже не обернувшись. Катя стояла, пока поезд не тронулся, надеясь, что он одумается и выйдет к ней.
Но Артём так и не появился.
Глядя вслед удаляющемуся поезду, Катя взялась рукой за столб.
— …Струится время без конца у тихой рощи,
Венчает юные сердца седой паромщик.
Но нас с тобой соединить паром не в силах,
Нам никогда не повторить того, что было!..
Над головой надрываться динамик. Интересный у них репертуар, как раз для вокзала. И для их с Артёмом ситуации.
— Ну что, поговорила? — рядом опять возник Жора.
