— Чем я тебе так насолил, Артём?
— Ты ещё спрашиваешь? — отвечает уже без ухмылок, серьёзно. — Я столько лет рядом с тобой, прикрываю тебя, обеспечиваю безопасность. Но всё, на что ты смог раскошелиться — это должность начальника службы безопасности. Я один верил в тебя, а ты оставил меня подчинённым холопом.
— Твоя зарплата выше, чем в других компаниях на той же должности.
Бразинский невесело усмехается.
— Ты сейчас серьёзно? Зарплата? Да какая на хуй зарплата, Яр? Я долю хотел. Часть бизнеса. Парнётром быть, понимаешь?
Нет, не понимаю.
Меня шокирует эта претензия.
— Чтобы быть партнёром, нужно вкладываться, а ты все деньги спускал на дачи и шлюх.
— То есть я не достаточно сил вложил в тебя?
Меня его позиция искренне удивляет, даже поражает. Бред полный.
— Я должен был тебе отдать часть бизнеса потому, что ты хороший друг? Ты, Артём, с какой планеты? Так дела не делаются.
— Зажал часть, теперь отдашь всё. Или не получишь свою провинциальную простушку обратно. Так и просидит в лесу без связи, а жратвы у неё на пару дней, — он говорит, а вот мне поднимается кипящая волна уже не ярости, нет, — ненависти.
Вот как оказывается может всё перевернуться. — И щенок твой единственный и неповторимый. Так что думай, Яр, что тебе дороже.
Бразинский отворачивается и вальяжно выходит из кабинета, оставляя меня гореть от ярости и ненависти. И только тот факт, что только он знает, где Соня и Рома, останавливает меня от того, чтобы швырнуть ему перочинный нож в спину.
39
София
— Мам, а папа не приедет? — Ромка дёргает меня за руку и смотрит с грустью и тревогой.
— Наверное, что-то ему помешало, сынок, сам знаешь, что работа у него непростая, — глажу сына по голове, а у самой в груди колет и в пальцы дрожью отдаёт. Как успокоить ребёнка, когда я сама на взводе? — Давай спать ложиться? Утро вечера мудренее, как говорится.
Готовлю нам с Ромкой ужин, раскладываю диван в гостиной. Подниматься на второй этаж, где стоит кровать, что-то совершенно нет желания."
"В шкафу нахожу подушки, плед и даже сложенное постельное.
Делаю отопление ещё чуть сильнее, потому что температура за окном стремительно падает. Термометра нет, но, навскидку, мороз уже перевалил градусов за пятнадцать. Ветер воет. И так кошки на душе скребут, а тут ещё этот вой. Жутко.
Ромка засыпает быстро. Чувствую, что он тоже напряжён. Даже сказку рассказать не просит или песенку спеть. Да я сейчас и не смогла бы. Сложно настроиться, когда тревога внутри в унисон с зимним ветром завывает.
