– А что именно ты собираешься им продать? – спросила Дафна.
– Ничего особенного. Специи, чай, ткани, посуду. Все, что можно продать во Франции по гораздо более высокой цене. В данный момент это почти все. Что еще они сказали?
– Коротышка сказал, что он тебе не доверяет, но старший успокоил его: за тобой следили всю неделю.
– Мне это нравится, – снова рассмеялся Рейф. – Ведь это они собираются заполучить наш товар. Мы и должны следить за ними. А что касается недоверия…
Дафна взмахнула веслом одновременно с Рейфом.
– Почему потребовалась неделя? Что они будут проверять?
– Они хотят убедиться, что товар не краденый, что настоящий хозяин не выследит, где они его спрячут, что правительство не имеет к сделке никакого отношения, что мы – агенты правительства.
Дафна фыркнула.
– Но мы – агенты!
– Да, но военное ведомство умеет заметать следы. Русские ничего не узнают. Что еще они сказали?
– Коротышка сказал, что не помнит меня. У него зародились подозрения. Высокий помнит меня очень хорошо. Он сказал, что я красивый…
Рейф недовольно проворчал:
– И это все?
– В общем, все.
В голосе Рейфа послышались веселые нотки.
– Два комплимента за один день, Грей. Неплохо для шестнадцатилетнего мальчишки. Совсем неплохо.
Смех Рейфа заглушил скрежет шлюпки о борт корабля. Нахмурившись, Дафна подпрыгнула, схватилась за лестницу и принялась подниматься так быстро, как только могла.
– Увидимся в каюте.
Остаток дня тянулся бесконечно долго. Дафна сложила и разгладила все, что только можно было сложить и разгладить в крошечной каюте.
Вещей оказалось немного. Рейф научил ее застилать простыни так туго, что по ним могла прокатиться монета. Надев рукавицы, девушка с помощью воды и щелока отмыла полы. С того момента, как они вернулись на корабль, Рейф в каюту не заходил. Скорее всего готовил товар для отправки контрабандистам.
– Не думал я, что леди известно, как нужно драить полы.
Дафна вздрогнула от неожиданности. Рейф вошел в каюту совершенно бесшумно, точно бестелесный дух.
Что ж, секретные агенты должны быть абсолютно незаметными.
– Ничего-то вы обо мне не знаете, господин, – по-матросски, развязно произнесла она. Ведь корабельный юнга не мог разговаривать в присутствии русских контрабандистов как молодая леди из высшего общества.
Рейф громко рассмеялся."
"– Моя мать всегда говорит: ленивые руки – творение дьявола, – продолжала Дафна.
– И как тебе удается с такой легкостью говорить на этом ужасном наречии? – спросил Рейф.
