Нет, она не лезла. Считала, что мы сами должны разобраться. Это наша жизнь. Но моя мать прощала людям слабости и их не идеальность, особенно мужчинам. Для меня же это было сложно. Я не умею. Я коллекционировала обиды и гордилась, что не прогибалась, а если и приходилось, то через силу, с высоко поднятой головой. Иногда появлялись сомнения, что я в принципе умела прощать по-настоящему, не ожидая подвоха и не делая из этого одолжения.
Не знаю. Правда, не знаю. Готова ли быть несчастной всю жизнь, потому что не дала нам обоим шанса? Провокация сработала.
Я ведь понимала, что это была именно провокация, и все равно велась! Не хотела, чтобы Ира считала нас одинаковыми: она терпела, и я терплю! Когда я стала так зависима от чужого мнения?! Это ведь моя жизнь! Я хочу ее жить без оглядки! Именно так правильно! Но так страшно и сложно. Не только Дима был роботом. Мы все порой такие. И я в том числе. Жить сердцем — особый дар, не каждому по плечу…
Утро встретило суетой: у меня разрывался телефон, подгорали сырники, и Кирилл проснулся раньше обычного.
— Катюш, приведи его сюда, — попросила дочь, вяло жевавшую завтрак. У нее школа, нужно в темпе собираться.
— Ладно, — не хотя слезла со стула.
Я достала варенье и сметану и все-таки ответила на звонок. Номер был неизвестен.
— Слушаю? — тут же обернулась. Надежда Рудольфовна пришла. Слава богу! Мамы, конечно, не хватало. Она помогала круглосуточно, но я привыкну без нее, тем более няня у нас золотая. А мама теперь студентка, ей учиться нужно.
За нее была рада. — Кто, простите? — прослушала приветствие.
— Алена Владимировна, вас беспокоит из адвокатской конторы Парфенова.
Дальше слушала молча и очень внимательно. Завтра меня приглашали на оглашения завещания Германа Савицкого…
Глава 52
Дима
— Почитаешь мне еще? — забавно конючила Катя.
— Уже десять. Кому-то в школу завтра, — с улыбкой ответил.
— Ну пожалуйста-припожалуйста!
Ну лиса! Невозможно отказать!
— Одну страницу. — Я был крайне серьезен! По крайней мере старался.
Правда, хитрый взгляд без слов говорил, что моя строгость не впечатляет. — Любовная записка, — прочитал название главы.
Катюша продолжала читать серию про девочку Конни и очень интересовалась темой любви. Краснела, пыхтела, глаза отводила, но с жадным любопытством ловила каждое слово. Естественно, больше любила, когда ей читали, нежели, когда приходилось самой брать книгу, но хорошо, что начала понимать: чтение истории не менее интересно, чем ее просмотр.
