Наверное, Абель показался им слишком молоденьким и неопасным, но именно Абель мгновенно пересек зал и легонько ткнул «Жаждущим» между ног Свина.
— Прошу вас, будьте очень осторожны, милорд. Лезвие ужасно острое.
За спиной Свина стоял его трон, и податься бедняге было совершенно некуда. Когда его стражники потянулись за мечами, он проорал, чтобы они не двигались.
— Вам отсюда не выйти!
Обычно малинового цвета лицо посерело и покрылось липким потом.
— На цыпочках будет безопаснее, милорд. — Абель слегка приподнял меч.
— Еще повыше? Так-то лучше. А теперь, я полагаю, вы желали бы продолжить вопросы? Дозволено ли ее высочеству со свитой удалиться?
Свин кивнул.
— Скажите же, милорд.
Свин проскрипел приказания и смотрел, как Малинда с эскортом удалялась. Абель отступил на шаг, поклонился благородному собранию и направился следом, по-прежнему сжимая «Жаждущего» в руке. С его помощью он отодвинул стражников от дверей. Его пропустили. Мальчишка побежал за подопечной, оставив дверь открытой, чтобы враги слышали его смех.
Малинда едва доползла до своих покоев, голова раскалывалась от жестокой боли.
— Мне необходимо лечь и отдохнуть, — сказала она и опустилась на постель.
Одлей прислал Пса через потайную дверь, чтобы тот помог ей расслабиться. Пес не особенно хорошо умел просто лежать, обнявшись, что ей в общем-то и требовалось, но через некоторое время она почувствовала себя готовой заняться тем, в чем он был настоящим профессионалом. И это помогло."
"Когда на Греймер опустилась ночь, Малинда отослала его, привела себя в порядок и позвонила.
Вместо горничных явился командир Одлей, сжимая в руке скрепленный печатью свиток. Его темные глаза освещало мрачное беспокойство.
— Декрет от Совета, ваша милость. Вам отводится королевская резиденция. Эскорт королевских Йоменов во время путешествия… завтра, при первом луче солнца.
— Куда?
— В место под названием Королевский Мыс, ваша милость. Винтер считает, что это к северу, на побережье…
— Знаю.
Странно, но перспектива быть запертой в Кингстеде нисколько ее не пугала.
Даже казалась привлекательной. Образ этой старой развалюхи в ее сознании был осиян золотой дымкой детства, и Малинда представляла, как они с Псом будут бегать по полям, совершенно свободные. Сейчас везде лучше, чем при дворе.
Одлей растерял свою представительность и выглядел совершенным мальчишкой.
— Ваши приказания, миледи?
— А что я могу приказать?
— Послушаться или бежать, я полагаю.
