— Почему? Из-за моих мускулов? Тебе просто нравятся мои накачанные руки?
— Да, мне нравятся твои мускулы, Пес, но я люблю тебя не за это. Иди в постель, и я объясню тебе почему. Быстрей!
— Хочешь, чтобы я потушил свечи?
— Нет.
Ладно хоть застенчивостью Пес не страдал. Словно зачарованная, Малинда смотрела, как он вынул меч из ножен, положил его на стул рядом с постелью на расстоянии вытянутой руки, отстегнул перевязь, стянул плащ. К его ногам упали камзол и сапоги, Пес отвязал ремешки, которые привязывали рейтузы к поясу и остался в одной только рубашке.
На голых ногах серебрились волоски.
Она забыла, что лис бегает за лисой — он откинул одеяло и взглянул на ее обнаженное тело. Ууух! И смотрел так, словно не верил глазам своим или желал запечатлеть образ в памяти. Малинда не сомневалась, что с ног до головы покрылась румянцем.
— Ты уверена? — прорычал он.
— Уверена? Я сгораю огнем, ты, большой бык! Тащи сюда свои мускулы, немедленно!
Она изогнулась, ухватила Пса за ворот рубашки и потянула на себя.
Даже наконец-то оказавшись рядом с ней на покрывале, он лежал словно горячий сугроб, хотя Малинда с твердой уверенностью могла сказать, что тела их хотели друг друга.
Он отвернулся от ее поцелуев.
— Скажи, почему я?
— Потому что ты это ты, идиот! Если бы я хотела красавчика, я соблазнила бы Одлея. А он в ту же ночь прыгнул бы в койку к другой женщине, разве не так? С Винтером хорошо говорить о политике. Если бы мне нужен был просто акт, я попросила бы Абеля.
Я хотела тебя, потому что ты знаешь, что такое боль.
Он заворчал.
— Я не знаю, что за груз у тебя за плечами, — прошептала она, стараясь хоть сколько-нибудь романтичным образом стащить с него рубашку. — И мне все равно. Ты его несешь. Ты страдаешь. Ты понимаешь, что жизнь тяжела и жестока; порой ты не уверен, что сумеешь протянуть дальше, но всякий раз берешь верх, и так будет всегда. Ты сильный, Пес, и я говорю не только о твоих мускулах.
Ты мужчина. Остальные просто мальчишки.
— Я на пять месяцев старше…
— Ты на десять лет старше, чем Одлей вообще будет когда-нибудь. Мне нужен мужчина. И вот теперь со мной в постели лежит один такой, совершенно голый, и на мне нет одежды. Сделай что-нибудь соответствующее. Если ты ко мне не прикоснешься, я закричу.
— Я мусор.
— Я люблю тебя.
— Не говори так!
— Ш-ш. Хорошо, ты мусор. Ты просто дерьмо. Отвратительная мерзость. Настоящий пес.
