– Как говорится, приятного мне аппетита! Тут и за папу, и за маму, и за бабушку…
Пока готовила кофе, слышала, как Миша уже прощается с бабулей. Я поднялась в свою комнату и обнаружила там Матвеева. На кровати – его немногочисленные вещи, разложенные стопкой. Увидев это, чуть не выронила из рук поднос.
– Все-таки уже уезжаешь? – упавшим голосом спросила я.
Миша обернулся и задумчиво посмотрел на меня. Откашлялся.
– Да. Я предупредил твою бабушку, что наши занятия подходят к концу… Завтра последнее.
– А я тут булочки, кофе принесла… – проговорила я.
– И куда ты?
– У меня есть одно незаконченное дело. Думаю, пора его закончить, – вздохнул Миша. – И попытаться вернуться к привычной жизни. Хотя это вряд ли уже получится… Но пока я давал уроки твоей бабушке, понял, как сильно скучаю по музыке. Осталось только купить билет.
Я поставила поднос на кровать, а сама присела на диванчик.
– Где сегодня ночевал?
– На диком пляже. Под звездами, – улыбнулся Миша, – было время подумать.
Я слабо улыбнулась в ответ.
Миша, заметив смену моего настроения, виновато произнес:
– Прости, я правда не могу здесь отсиживаться как последний трус. Прошло достаточно времени, чтобы все более или менее улеглось, теперь мой ход. Я не могу оставить одного дорогого мне человека.
– Надеюсь, это не твоя девушка? – спросила я.
– У меня нет моей девушки, – нахмурившись, ответил Миша. – Вернее, есть та, которая мне нравится, но она ничья. Не могу претендовать на нее. Не имею права.
Матвеев подошел ко мне, присел рядом, обнял и проговорил:
– Я на тумбочке оставил деньги, которые Алла Константиновна давала мне за занятия.
"
"Я замотала головой.
– Зачем они мне? Ты ведь их честно заработал.
– Мне они тоже не нужны. Я и так в жизни не расплачусь за вашу доброту…
– Значит, скоро все?
– Наверное, – глухо проговорил мне в макушку Миша.
– «А напоследок я скажу: прощай, любить не обязуйся», – угрюмо процитировала я.
Матвеев усмехнулся.
– Ты знаешь, что очень мне нравишься? – спросила я, не поднимая головы.
– Знаю, – Миша вздохнул, – и ты мне нравишься.
Поцеловал в макушку.
– Не хочу быть ничьей, – серьезно сказала я, – твоей быть хочу.
– Не расстраивайся, – улыбнулся Миша, – мы еще не прощаемся. У меня здесь осталось несколько незавершенных дел.
– Например? – Я подняла голову и посмотрела ему в глаза.
– Ну, например, я планирую отнести вещи твоего брата в химчистку. Не хотелось бы с ним расставаться врагами.
– Понятно, – вздохнула я.
