"Ася Лавринович
Не спасай меня
© Ася Лавринович, 2022
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022
Пролог
В просторном светлом зале ресторана негромко играл джаз. С разных сторон звучал звон бокалов. За одним из столиков молодая пара выясняла отношения. До меня доносились раздраженные голоса, обрывки фраз: «Любовь… Где она, любовь твоя? Растворилась… А была ли она вообще?» Парень устало закрыл лицо ладонями, а девушка обиженно поджала нижнюю губу. За другим столиком отмечали чей-то день рождения:
– За именинницу! Любви тебе.
Что за жизнь без любви?
Дзынь!
– Ульяна с детства занимается балетом, – проговорил отец, склонившись к уху седовласого широкоплечего мужчины.
– Да что вы говорите? – заинтересованно отозвался его собеседник. – Наша семья обожает балет.
– Пап, я еще бокс люблю, – осторожно сказала я, поглядывая в огромное ресторанное окно, в которое рвался весенний ливень.
Седовласый перестал жевать и с удивлением взглянул на меня.
– И это, сказать честно, мне не особо по душе, – поморщился папа.
Дзынь!
– В прошлом году дочь выиграла Гран-при на танцевальном фестивале, в номинации «Классический танец». Ульяна, напомни, как называлось то мероприятие!
– Какая разница? – пытаясь скрыть раздражение, отозвалась я.
Дзынь!
– Фестиваль проходил в Испании, – продолжил отец, – помимо диплома был еще и денежный приз.
Я отвела взгляд от окна и со скучающим видом принялась рассматривать присутствующих в зале. Мужчины в дорогих костюмах, женщины в роскошных вечерних платьях… На шее девушки за соседним столиком сверкнуло бриллиантовое колье.
Но вид у хозяйки дорогостоящего украшения был кислый. Какие уж тут бриллианты, когда любовь растворилась. А что за жизнь без этой самой любви?
– Мой сын отучился в Европе, – сообщил седовласый, – думаю, им с Ульяной следует познакомиться.
– Разумеется, – обрадовался отец, – глядишь, не только контракт подпишем, но и породнимся.
Дзынь! Дзынь! Дзынь! Ненавижу такие разговоры!
– Сейчас сын больше времени проводит в Англии, – продолжил мужчина, отхлебывая маленькими глотками шампанское из красивого фужера.
– У Ульяны чистейший английский.
– Не сомневаюсь! Не поймите меня неправильно, но я покорен красотой вашей дочери. И то, как она держится в обществе…
– Спасибо!
Дзынь! А потом – бах! Громкий звон в глубине зала. Видимо, кто-то разбил бокал или тарелку. Я посмотрела в ту сторону, откуда донесся шум. Отец и седовласый не придали произошедшему никакого значения и продолжили скучную беседу.
