Не поднимаясь с кровати, я произнесла вслух: «Миша, я тебя люблю!» Эти слова мне так нравились.
Потом я наконец приняла ванну и вышла на большую лоджию. Отсюда открывался вид на летний зеленый город. Из заводских труб, видневшихся вдали, валил дым. Пока я искала эту гостиницу, прогулялась по тихим незнакомым улочкам и забежала пообедать в уютное кафе. Все-таки есть своя прелесть в том, чтобы гулять по городу, где никто тебя не знает.
Перегнулась через перила и принялась разглядывать небольшую, но ухоженную территорию отеля.
А что, если сейчас из-за того угла появится Миша? Тогда мое сердце тут же рухнет вниз от счастья… Но Миши не было.
Я походила по номеру, легла на кровать, почитала книгу в телефоне, но Миша не приходил. Слева под ребрами кольнула тревога. Не выдержав ожидания, я легла и зажмурилась. Боялась, что снова начну надумывать себе много лишнего и неприятного, но после бессонной ночи быстро провалилась в сон.
Проснулась от непонятного странного шороха. Балкон был открыт настежь, за окном сгущались сумерки, по комнате гулял вечерний прохладный воздух.
Шорох повторился. Я вскочила с кровати и только тогда поняла, что это кто-то скребется ключом в замке.
– Миша, это ты? – выкрикнула я. И испугалась собственного голоса. Мой вопрос прозвучал как-то истерично…
Персонал бы точно просто постучал в дверь. Да и зачем заявляться ко мне так поздно? Неуверенный стук и какой-то странный ужасающий рык за дверью. Мурашки пробежали по спине.
– Миша? – еле слышно проговорила я.
– Ульяна! – раздался глухой Мишин голос.
Тогда я, не зажигая свет, подскочила к двери и быстро открыла ее. Матвеев ввалился в комнату и, покачнувшись, повис на мне. Я чудом устояла на ногах. В нос ударил резкий запах алкоголя.
– Господи! – воскликнула я, пытаясь его удержать. – Матвеев, ты где так надрался?
Миша отклеился от меня и, пошатываясь, направился в глубь комнаты.
– Как ты ключ-то получил в таком состоянии? – озадачилась я.
Миша обернулся и в сумерках оглядел комнату.
– О-о-о, тут есть мини-бар, – пьяным голосом проговорил он, жадно всматриваясь в темноту.
– Кажется, тебе уже хватит. Но тут есть все, – глухо отозвалась я, еще не осознавая, как правильно себя вести с пьяным Матвеевым. В таком состоянии я видела его впервые в жизни.
– Чем вас не устроил тот номер, мадме… мадма… мадмуазель Ульяна Шацкая? Он был недостаточно хорош для вас, верно?
– Миша, прекрати! – поморщилась я. – Там сломался кондиционер. И по этажу шлялись подозрительные личности.
