Оторвал голову от моих коленей, сел на сухую траву, обняв колени. – Я даже боюсь представить сумму, на которую кинул его. Клиенты же решили, что пасынок просто смылся с товаром, чтобы самостоятельно его реализовать. Им и в голову не могло прийти, что я могу уничтожить товар.
– Это те, что на черных внедорожниках?
Миша молча кивнул.
– Дела-а, – расстроенно протянула я.
– Накануне случившегося мы с отчимом крупно поссорились, – продолжил Миша. – Я обвинил его в смерти матери и в том, что он хочет погубить другого родного мне человека.
Если мать могу ему простить, то брата – никогда.
– Жестко, – выдохнула я.
– Ты не знаешь, через какой ад мы с Лешей прошли. Не должно быть таким детство… Я не могу Леху бросить. Порой мать была так занята собой и своими любовными похождениями, что нам приходилось добывать еду на улице. Я пел песни в переходе, а Леша… – Матвеев снова нахмурился. – Леша иногда воровал.
– Почему ты не заявил на отчима? – воскликнула я. – Не считая твоего брата, он загубил столько невинных душ!
– У него все куплено, – сказал Миша.
– К тому же заявить на собственного брата и отчима? Нет, я не смогу.
– Но это же какой-то замкнутый круг! – рассердилась я. – Что ты теперь будешь делать?
– Как я и говорил, вернусь, – ответил Миша. – У меня наконец созрел план, как можно со всем этим покончить раз и навсегда.
– Мне тоже нужно сбежать, – вдруг сказала я.
Миша посмотрел на меня с удивлением.
– С тобой или без тебя, – сбивчиво начала я, боясь, что внезапно зародившаяся мысль упорхнет от страха, – я уеду.
Мне тоже нельзя здесь оставаться.
– Это еще почему? – удивился Миша."
"– Это мерзко и ужасно, но…
Я решила рассказать Мише про отца и его маниакальное желание выдать меня замуж ради расширения бизнеса.
– Чувствую себя кем-то из сестер Болейн, – проворчала я, поправляя волосы, которые трепал ветер. – Подумать не могла, что со мной случится что-то похожее. Знаю, отец ждет, что, когда они вернутся, я буду со смирением развлекать того парня… Но я не хочу этого.
Не хочу!
– Не думал, что и у вас есть проблемы, – честно сказал Миша.
– Наверное, не бывает идеальных семей, – проговорила я. – По крайней мере, я таких не встречала. Знаю, что у папочки уже давно есть четкий портрет моего будущего мужа.
Я заметила, как по лицу Матвеева скользнула тень беспокойства.
– Понятно, – усмехнулся Миша. – Что ж, тогда я не против. Бежим вместе. Только договоримся: ты остаешься у себя, а я еду дальше… Это может быть опасно.
