И вот все получилось, да еще и так быстро, как она не смела даже мечтать! Разве это не счастье?
За спиной молодой королевы стояла горничная. Гребень в ее руках плавно скользил по темным волосам Клаудии и, обычно раздраженная на слуг, королева в этот вечер была в самом добром расположении духа. Да и как могло быть иначе, ведь она полностью оправдала свой род — понесла от Грегора в первые же две недели. Правда, если бы не фамильное древо, узнали бы о такой счастливой новости гораздо позднее. А так, был повод начинать строить планы на будущее.
И она только решила предаться волшебным фантазиям, как дверь в спальню с грохотом отворилась, напугав и горничную, которая выронила из руки гребень, и саму Клаудию.
— Что за наглость? — начала было королева и первым делом отругала служанку за криворукость, а уж после повернулась на шум и застыла в кресле, увидев своего супруга, стоявшего на пороге спальни.
— Вы? — проворковала она, не совсем понимая, почему в глазах Грегора вместо счастья плещется ярость.
— Ты, — взглянул на горничную король, — вон! — от звука его голоса даже задребезжали стекла в окнах, а бедная девушка, сжавшись, пулей выскочила из комнаты, даже не удосужившись поднять гребень, оставшийся лежать на ковре.
— Что произошло? — Клаудиа встала, глядя на мужа с гневом. — Что вы себе позволяете, Ваше Величество, — и только затем увидела бумаги в его руке. Мгновение стояла, соображая, а после подняла взгляд, посмотрев на мужа с увядающей неуверенной улыбкой.
— Что это? — спросила, понимая, как глупо выглядит ее вопрос, да и она сама.
Потому что Клаудиа сразу узнала бумаги, которые были в руке Грегора. Не так давно она, и ее отец, ставили там свои подписи. Брачный договор.
«Неужели, он узнал? Но как, откуда? — замелькали быстрые вопросы в голове молодой женщины. — Неужели Лея, прежде чем покинуть дворец, подложила ей свинью, чтобы отомстить за пощечину?» — Ведь иначе объяснить ярость в глазах супруга Клаудиа не могла."
"«Да что он мне сделает, — заставила она себя дышать спокойнее.
— Я ношу его драгоценного наследника. Поорет и смирится!» — улыбка изменилась, став более уверенной. И от Грегора этот факт не ускользнул.
— Не буду ходить кругами, — холодно произнес король, злясь от вида ее наглого и самоуверенного выражения лица. Мгновение назад на нем было смятение и страх, а теперь эта ведьма явно задумала какую-то пакость, отчего захотелось попросту придушить ее, забыв о том, что перед ним женщина.
