Не хочу больше копаться в грязном белье. А Оксана… Знаешь, мне тебя не жаль. Сколько же времени она тебя разводила… Подумать только! Но ты молодец, быстро раскусил ее обман. Что теперь тебе нужно от меня?
— Ничего, Маруся. Я хочу увидеть дочь. Позволь просто на нее взглянуть, а потом я уйду."
"Боже… Как же тяжело… Все, что я испытываю рядом с ним — чудовищная, сжигающая нутро боль… Его голос, запах, близкое присутствие — все водоворотом уносит меня в прошлое… Мы ведь были счастливы… Были. Я даже думала, что люблю Романа.
Искала в нем черты Алекса, наделяла мужа несуществующими добродетелями, верила ему… Я хотела быть счастливой. Старалась. Искренне верила, что для мужа гораздо важнее вкусный ужин, чем моя новая прическа или макияж. Выходит, я ошибалась? И все мои старания, представления о том, каким должен быть брак, рассеялись, как утренний туман.
— Машенька, пожалуйста… Одна минутка. А потом я уйду.
Вздыхаю и нервно сжимаю плечи. Что делать? Поворачиваюсь и смотрю на свое счастье — маленькую Варю. И как ни крути, им я обязана Роману.
— Хорошо. Одна минута и ты уйдешь…
Распахиваю дверь, ожидая увидеть грустного, осознавшего все Рому, а на деле… Словно из ниоткуда появляются два амбала. Я успеваю лишь раскрыть губы в немом вопросе, а потом чувствую удар по голове…
— Держи эту сучку, — приказывает Роман. — Мне нужен только ребенок. Ничего в квартире не трогать, ни к чему не прикасаться. Сизый, я в первый и последний раз предупреждаю, окей?
— Ро… Рома… — сиплю, чувствуя во рту металлический привкус крови.
— Не надо… Варя грудная. Она не ест ничего, кроме моего молока… Пожалуйста…
В глазах темнеет от боли и страха. Я едва шевелю губами, ворочаюсь, пытаясь подняться, но тотчас получаю еще один удар в живот. На этот раз амбал бьет меня ногой… Всхлипываю и вытираю слезы. Мне так страшно… Я ведь на мгновение поверила Роме… Его разумным, на первый взгляд словам, спокойствию в голосе и поведении.
— Не забирай… не надо…
— Мне нужен ребенок. Во что бы то ни стало. Живой, а не на бумаге. Условием моего самодура отчима является мое отцовство.
Он петицию состряпал и расписал по пунктам, в каких условиях должен жить мой ребёнок. Я ничего не получу без ребенка. Эта дрянь Оксана обобрала меня и свалила, когда запахло жареным… Я на мели. Через две недели истекает срок вступления в наследство. Ты не хочешь меня понимать, Маруся… Никак. По-хорошему у нас не получается, приходится добиваться своего так…
— Тебя же посадят, Ром… И никакого наследства ты не увидишь.
