- Мы как будто о щенках или жеребцах говорим, что за паранойя тебя посетила?
- Я сказал свое слово, и ты знаешь, что не смеешь ослушаться! – мужчина похлопал еще раз по перилле и ушел.
- Мам, почему ты не родила ему дочь, вот ей бы и командовал, разводил бы племенных внуков. Я то, тут причем?
- Игорь, прекрати. Ты единственный сын, наследник, ты его опора, моя гордость. Не расстраивай отца.
- Мам, сейчас речь не об оценках и приводах в ментовку, это мать вашу, моя жизнь, я не хочу детей, вообще не хочу и в принципе не хочу их от Лейлы.
Если меня что-то будет связывать покрепче слова отца с этой женщиной, то она как змея обовьется вокруг моей шеи и задушит меня. Как ты это не понимаешь, ты же женщина?
- Стас непреклонен, - женщина развела руками.
- Мам, - мужчина как-то по-детски топнул ногой и хмыкнул.
- Сынок, может он и прав, ты слишком безответственно относишься к своим сексуальным связям. Может пора остепениться? – женщина похлопала по плечу и удалилась.
Из красивого добротного дома выходил уже не вальяжный Игорь Станиславович, что красовался у здания аэропорта, а поникший, задумчивый, взбешенный мужчина.
- Домой, - скомандовал он, садясь на пассажирское сиденье.
- К невесте не поедем? С цветами, - промямлил мужчина с водительского сиденья.
- Обойдется. Она с отцом уже наговорилась. С нее достаточно, - буркнул пассажир и отвернулся к окну.
Глава 4
[Санкт-Петербург, около 26 лет назад]
В машине, которую распирала изнутри тишина, раздался телефонный звонок.
Он усугубил и без того напряженную атмосферу, превратив ее в нервозную. Быстро глянув на дисплей, Игорь взял трубку.
- Да, Макс. Я уже в городе, угу, угу, да, ты уже знаешь? Ааа, Лейла всем рассказала, что свёкор на нее возлагает надежды? Очень интересно! Когда это он стал ей свёкром? А главное, почему я этого не заметил? – зазвучал взбешенный бас, - я не ору, я просто взбешен всей ситуацией. Вечером в клуб? – повисло молчание, - конечно, - зазвучал протест в голосе, - почему бы нет? Нет, без Лейлы, мне вообще лучше ее не видеть, пока.
Я и не собираюсь заводить детей, так что почтой ей слать ничего не стану! Хватит хохмить, мне не смешно. – мужчина нажал на отбой и бросил телефон в карман.
Откинувшись на сиденье автомобиля, мужчина медленно постукивал рукой по ноге. За окном было светло, будто вечер и не планировался вовсе, и ночь не наступит никогда.
