А вот от острых свиных ушей с аджикой лучше воздержаться.
— У меня сегодня меланхоличное настроение, — ответил Артем, когда мы устроились на одной из террас для ловли рыбы. — Мне нужно в Ростов, — взял удочку. — Скоро, — повернулся ко мне. Внутри неприятно сжалась пружина предчувствия неминуемого расставания. Я привыкла к нему. Всего два месяца, и так грустно. Могло бы между нами быть что-то более важное и сильное, чем просто секс, если бы мы позволили? Он позволил бы. В большей степени отчуждение и разделение — это его условие и выбор.
Не знаю, вряд ли. Меня пугала его работа и жизнь с мужчиной, который отсутствовал рядом месяцами — нет, не для меня. Но когда Артем рядом, прямо как сейчас — улыбался дерзко, смотрел страстно, — желание попробовать пробивалось через все «но»…
Как мне объяснили, уйти без улова не получится, поэтому я закинула удочку и ждала. У Каминского вообще отлично выходило — видимо, тренировался, чтобы в Дону практиковаться.
Пока ждала улов, смотрела на террасы рядом, на людей, на мужчин и женщин.
Нужно будет Мирославу сказать, что рыбалкой можно заняться и здесь, а не ехать в Карелию. Я и сама могла бы, но какой из меня рыбак?! Несколько пап привезли детей и учили удить рыбу. Но в основном публика как и на всем Крестовском — городские чиновники и бизнес-мужики. Думаю, на выходных контингент поприятнее. Сейчас шумно и как-то пьяно. Особенно через два мостика от нас.
— Белуга! — воскликнула я, заметив огромную рыбину. Мы с Каминским вместе наблюдали за ней, пока не заметили на другом мостике его отца, каких-то мужчин и первую жену моего бывшего мужа.
Лика тоже смотрела на меня. Потом на Артема и снова на меня. Его отец даже помахал нам.
— Странный выбор, — усмехнулся Артем. — Обычно его любовницы младше меня вдвое, — и на меня взглянул: — Пошли рыбу коптить.
Я расправилась с потрясающими раками, а скумбрией, только что подкопченной, поделился Артем. Мы ждали форель на гриле, и я делала вид, что не замечала внимательного взгляда Лики.
— Я отойду, — предупредила Каминского.
Дела сделала, уже мыла руки, когда в отражении за спиной появилась бывшая Мирослава. Мы с ней всегда без тепла общались, а после сцены в школе она мне на уровне спинных рефлексов стала отвратительна. Если к этому прибавить, что белобрысая актрисуля влезла в мой брак, и недавние откровения Николь… В общем, тварь она.
— А ты не такая уж и святая, — произнесла с неприятной улыбкой. — Быстро нашла Мирику замену.
Я вытерла руки и выпрямилась.
