Я была похожа на нее внешне ровно настолько, насколько мне этого не хотелось.
— Меня это не интересует. Я пришла к тебе по другому вопросу, — она опять открыла свою сумочку, доставая оттуда пухлый конверт, и двинула его ко мне. — Держи.
— Что это? — нахмурилась я.
— Здесь сто тысяч. Немного конечно, но на первое время неплохие деньги. Я готова каждый месяц высылать тебе определённую сумму с одним встречным предложением, — Мила взяла паузу и все-таки опять решилась посмотреть мне прямо в глаза. — Ты не решишь появиться на пороге моего дома внезапно.
Я оторопела, надеясь, что не так поняла смысл сказанных ею слов. Возможно, где-то то в глубине души еще тускло мелькала надежда, что моя мать пришла сюда, если уж не налаживать отношения, то хотя бы просто искренне спросить: «Как я?».
— Ты… что? — в ушах зашумело, а мой голос доносился откуда-то из-за. — Сейчас пытаешься… откупиться от меня?
— Не утрируй, Кира, — Мила слегка поморщилась. — Ты уже взрослая девочка, должна все понимать сама.
Мой муж знает лишь часть правды о взаимоотношениях с Ниной и твое внезапное появление на пороге моего дома пока не входит в планы. Мне нужно время, чтобы…
— А с чего ты взяла, что мне вообще придет в голову искать тебя? — резко подавшись всем телом вперед, я пыталась увидеть во взгляде матери хоть что-то, кроме холодного спокойствия, но нет. — Ты не ответила ни на один мой звонок. Все давно стало понятно: ты бросаешь меня уже во второй раз.
— Я как раз таки и не бросаю тебя, предлагая свою финансовую поддержку.
Сама подумай, в девятнадцать лет сложно самостоятельно становиться на ноги. Миллионы не обещаю, но на хлеб хватать будет и не только.
Не сводя взгляда с ее серых глаз, от стального цвета которых тянуло изморозью, мне хотелось спросить: «Почему?». Почему она сейчас так заботливо гладила свой круглый живот, а на меня смотрела так равнодушно. Но я продолжала молчать. Теперь это уже не имело никакого значения. Мне предлагали оплату, лишь бы мое неожиданное появление в ее прекрасной жизни не заиграло паршивыми красками.
Так легко и просто.
— Забирай деньги и топай во-о-н туда, — сглотнув колющий ком, я указала пальцем в сторону выхода. — Тебе, как беременной, могу даже дверь придержать.
Мила вздохнула и с укором покачала головой.
— Не глупи и не ставь гордыню оберегом. Если ты думаешь, что я не сожалею о том, что сделала девятнадцать лет назад, то ошибаешься, но у меня нет возможности исправить все за один момент.
