И я могу быть спокойна — увидев меня в таком виде, он быстро растеряет интерес и свалит в закат, оставив меня со своей дочуркой наедине.
Так, надо еще очки у теть Тани попросить, образ завершить.
Боже, ну и пугало!
17
Жора предупредил, что Ангелину он забрал и везет ко мне.
Сколько времени она тут не была? Семь, восемь лет? Кажется так. И сколько воды утекло за это время.
Но одно остается неизменным — я все еще как сопливый щенок жду этой встречи.
Поправляю воротничок рубашки и надеваю на руку снятые перед душем часы.
Не могу унять это гребаное нетерпение, которое с самого обеда не дает нормально работать.
Интересно, что эта строптивая кошечка выкинет в этот раз?
Ответ я получаю спустя десять минут, когда слышу голоса, доносящиеся из холла.
Выхожу из комнаты и шагаю по коридору к лестнице, но в последний момент спотыкаюсь тупо от увиденного, и не могу сдержать рвущийся наружу ржач.
Две головы поворачиваются в мою сторону, Жора профессионально сдерживает улыбку на лице, а пухлые губки Ангела поджаты и это красноречивее любых слов говорит о том, что она тоже едва держится.
— Ангелина Викторовна, рад видеть, — киваю спускаясь по лестнице. Мне наконец удается взять себя в руки и не смеяться так громко, но надолго ли? — Спасибо, ты свободен. Я сам отвезу ее домой.
Обращаюсь к водителю и тот послушно удаляется, и как только дверь за ним закрывается, перевожу взгляд на Ангела.
Огромная безразмерная блузка и такая же юбка создают нечто занудное и скучное, не могу отделаться от ощущения, что я забыл сдать книгу в библиотеку и сейчас меня выпорют при всем классе.
— Иди верни очки той старушке, у которой их отработала.
— Это мои, — упрямо поджимает губы без грамма помады, и я снова улыбаюсь.
— А блузка тоже твоя? — цепляю ткань над грудью, но тут же получаю ощутимый шлепок по пальцам. — Размерчик не тот.
— Прекрати, — не успевает шлепнуть меня по руке снова, вынимаю заколку из ее волос и пряди каскадом рассыпаются по хрупким плечам, утопающим в бесформенной блузке.
— Ты что вообще делаешь? Где твоя дочь?
— Дочь? — непонятливо хмурюсь. — Ааааа, дочь… Идем.
Ну не могу же я долго поддерживать этот фарс, скоро она все поймет и закатит истерику.
Шагаю к лестнице на второй этаж, и Ангелина терпеливо поднимается следом. Как она не падает в этой юбке ниже колен не представляю, хотя ее попытка что-то мне доказать очень милая, и улыбка все еще не сходит с моего лица.
