«Бабуленька любит петь романсы, внучка балетом занимается… Интересная семья!» – подумал Паша. Любопытно, а чем увлекается лицеистка Ангелина? Паша почему-то постеснялся спросить ее об этом.
На крыльце показалась Ульяна. В воздушном белом сарафане, с ободком в волосах… Сегодня она была необычайна красива. Но Паша с сожалением обнаружил, что от одного ее вида дух, как это было раньше, больше не захватывает. Тем не менее, когда Уля подошла к ним, Долгих искренне сказал:
– Очень хорошо выглядишь.
– Спасибо, – смущенно улыбнулась Уля.
– Ой, ну все… Не буду мешать! – звонко проговорила Ангелина. – Ахи-вздохи, скучища! Я побежала!
– Беги-беги! – нахмурилась Ульяна. – На свои ахи-вздохи.
– Пока, Паша! – Геля помахала Долгих рукой.
– Пока, Геля! – улыбнулся Павел.
Ульяна проводила младшую сестру сердитым взглядом.
– Что-то не так? – удивился Паша.
– Стрекоза! – фыркнула Уля. – Лето красное пропела… Только что бабушка ей выговаривала за поведение. Представляешь, во время учебного года родителей в лицей стабильно каждый месяц вызывают.
– Учится плохо? – предположил Паша. Его мама тоже частенько наведывалась к классному руководителю по поводу оценок. Пока Долгих не посадили за одну парту с Полиной Ковалевой…
– Если бы! Из-за поведения, – вздохнула Ульяна, – одноклассники ее на всякие пакости подбивают, а она и рада стараться. Уроки срывает.
Паша даже оглянулся, но Геля уже скрылась за высокими воротами. А с виду – зеленоглазый ангел. Изящностью напоминает Улю. В милом платьице и плетеных босоножках…
– Ничего себе, – удивленно проговорил Долгих.
– Да уж! – покачала головой Уля. – Как ее потом в большой город отпускать учиться? Тут бабуля с нее глаз не спускает, а там мне придется в роли няньки выступать. Тетя, с которой я жила три года, съезжает. Наконец-то! Ой! Я этого не говорила!
Пение резко прекратилось. Ульяна задрала голову и настороженно уставилась на окна. Когда вновь донесся мелодичный женский голос, она с облегчением, как показалось Паше, выдохнула.
– Идем? – спросила Уля.
– Идем, – кивнул Паша.
Должно быть, фильм был интересным, но Павел никак не мог сосредоточиться на том, что происходило на экране. И дело было не в близком присутствии Ульяны. Хотя Долгих, когда в зале погасили свет, как положено, уверенно взял Шацкую за руку, ничего особенного при этом не почувствовав. Уля слегка пожала пальцы Паши в ответ и, улыбнувшись в темноте, снова устремила взор на экран. Паша же постоянно думал о Полине и Буравчике.
