– Ага, променял свою крошку на кроху побольше, – вздохнула я.
– И опытнее, – подсказал Паша.
– И богаче, – отозвалась я.
– Зачем ему какая-то маленькая хлебная крошка… – начал Пашка.
– …Когда есть такой тертый калач! – закончила я.
Пашка громко захохотал, запрокинув голову назад.
– Аполлинарий, что бы я без тебя делал? – отсмеявшись, спросил Паша. Смотрел на меня, щурясь от утреннего теплого солнца. И от этого внимательного взгляда сердце по привычке гулко застучало об ребра. Я уставилась на спокойное море.
Долгих со шлепком бросил с пирса доску на воду и взялся за весло.
– Прокатимся еще раз? Пока отдыхающие не добрались до пляжа.
Паша греб к скалам. Весло аккуратно, без всплеска, входило в прозрачную воду. Я засмотрелась на широкую загорелую спину друга. Легкий ветер растрепал темные Пашкины кудри. Попутно взглянула на пляж, на котором уже появились отдыхающие. Вот к кромке берега подошли две высокие девушки в купальниках. Забравшись на крутые валуны, подруги фотографировали друг друга в лучах утреннего солнца, принимая при этом соблазнительные позы… Я посмотрела на Пашу.
Друг греб дальше, к небольшому скалистому мысу, не глядя на берег. А если бы он обратил внимание на этих девушек? А мне-то что? Кто я Паше? По-прежнему лучшая подруга… Он уехал на сборы, и мы практически не общались. Тем более на тему того, что произошло между нами той опасной ночью и как нам быть дальше. Накануне, вернувшись вечером домой, Паша написал сообщение, в котором предложил встретиться ранним утром на пляже и взять инвентарь для сапсерфинга.
Встретились. Но о том, что меня волнует, так и не поговорили.
Долгих тоже посмотрел в сторону пляжа, оглянулся на каменные валуны, где проходила фотосессия. Я, крепко стоя на ногах, сердито вонзила весло в воду. Расслабься, Ковалева! Перестань себя накручивать! Но я продолжала яростно грести вслед за Долгих к мысу, оставляя за собой кучу серебристых брызг. Наверное, со стороны напоминала Ягу, которая бросилась в погоню и махала метлой из ступы.
Если между нами больше ничего не будет, я уйду.
Не хочу оставаться. Не могу… Все началось еще с Тарасовой Ленки, из-за которой Паша в девятом классе подрался с Максом Галушиным. А поцелуй Паши и Лены на выпускном? Тогда меня будто смыло грязными холодными потоками… Сколько еще девчонок было рядом с Долгих? Новых я не переживу. Особенно после того, что между нами было. Это как отобрать долгожданный распечатанный подарок, оставив только бесполезную яркую обертку. На память.
