— Нет, — смущенно отвожу взгляд, разговаривать с отцом о своей задержке точно не буду.
— Хорошо, я тогда на работу, а ты отдыхай.
Не помню, когда в последний раз так столько отдыхала. Весь день не знаю, чем себя занять. Мне прописали постельный режим, поэтому за пределы комнаты выйти не могу. После пар ко мне приходят подруги. Лида и Женя без перебоя делятся новостями, и я рада, что между ними нет того напряжения, что витало последний месяц.
А потом я гипнотизирую взглядом телефон, ожидая звонка Давида. Он по времени уже должен был добраться до дома.
Видеть его хочется до дрожи. И голос его услышать. Кажется, я подсела на этого мужчину. И чем больше времени мы проводим вместе, тем необратимей становится моя зависимость.
Внезапно в голову закрадывается мысль: а что, если он сейчас с другой? В отношениях главное — доверие, но как же трудно доверять, если не знаешь, что чувствует к тебе человек!
Мое внимание привлекает звук двигателя автомобиля за окном. Это точно не отец. Папа час назад заходил пожелать мне спокойной ночи.
Я спрыгиваю с кровати, да так резко, что простреливает в боку. Морщусь от боли, но выглядываю в окно. Сердце в груди пропускает удар, внутри все радостно трепещет. Я узнаю внедорожник Давида. Не может быть! Приехал!
Я иду к шкафу, меняю пижаму на шелковую ночнушку, расчесываю волосы и ложусь обратно в постель. Все внутри дрожит в предвкушении встречи с ним.
Минуты кажутся целой вечностью. Я прислушиваюсь, желая услышать тяжелые шаги Леонова. В комнате жарко, но меня все равно бросает в холодный пот.
Рядом с Давидом я всегда теряю смелость и ничего с этим поделать не могу.
Наконец-то раздаётся едва слышный стук в дверь. Давид словно боится меня разбудить. Или моего брата, чья комната находится рядом.
— Привет. — Дверь открывается, и на пороге появляется Леонов.
Он не в форме, поэтому я делаю вывод, что он уже побывал у себя дома.
— Не ожидала тебя увидеть сегодня, — приветливо улыбаюсь я и сажусь в постели. Смотрю прямо на Давида.
Жду, что он приблизится поцеловать и обнять меня.
Но он не двигается с места, руки спрятаны в карманах, поза напряженная, взгляд дикий.
— Что-то случилось? — Я облизываю пересохшие губы и ёжусь от такого пристального внимания.
Давид качает головой, словно отгоняет от себя непрошеные мысли. Закрывает за собой дверь, снимает куртку и бросает на кресло.
— Как самочувствие? Уже лучше? — спрашивает он, а сам мыслями в другом месте. Это видно по его расфокусированному взгляду.
