Будь он проклят, тварь!
— Мам!
— Я сына из-за него чуть не потеряла! — воскликнула она и добавила уже чуть спокойнее. — На тебя напали неслучайно! Это Климов велел тебя избить.
Мать замерла ожидая реакцию сына, но Герман лишь пожал плечами. Не то что бы внутри все перегорело и он простил, нет, конечно, но за Алису он был все-таки благодарен прокурору.
— Уверена? — спросил Герман. — А доказательства есть?
— Да если б были…, — отец нервно дернул подбородком. — Мне на ухо шепнули…, но я уверен, что это правда.
В его это стиле. В его!
— Думаешь, он геройски погиб? — зло усмехнулась мать. — Нажрался с такими же как и он, попойка у них была в честь какой-то проверки. А он пошел освежиться в кустики… вот и освежился! А может, и помог кто из дружков, кто их знает. Главное, мы теперь свободны от него. Ты свободен, Гера!
— С Алисой надо развестись, — тяжело вздохнул отец. — Не прямо сейчас, конечно, но через полгода будет нормально. Тихо-спокойно, не сошлись характерами, все бывает.
Да легко это у вас молодых сейчас — как что не понравится, сразу развод.
Внутри предательски задрожало. Наверное, та самая злость, которая копилась уже много месяцев, но которую Герман не выпускал, держал в себе, но которая заставляла его идти на этих чертовых ходунках, терпеть боль на массажах, не срываться, когда хотелось все послать и просто закрыть глаза.
— Что у нас по бизнесу с ним, пап? — Герман сделал вид, что ему не так уж и важно обсуждать свой брак. — Ты никогда целиком мне не рассказывал, пришло время, как мне кажется.
Тот поморщился, попытался было соскочить с темы, но Герман настоял. Чувствовал, что родитель сдастся, если поднажать. Так и получилось."
"— Я его номинал*, — неохотно признался отец. — Почти все, что он получал за свою помощь, так или иначе оставалось у меня. Кое-что записано на жену и на его сына, но так, по мелочи. Он рвался в замы к генпрокурору, так что должен был чист. А что не на меня, так на моих людей. Но это уже неважно.
Его семья ничего не получит. Никто за них не впряжется.
— Сомневаюсь! — усмехнулся Герман. Он еле сдерживался, чтобы не перевернуть этот стол. Раньше бы так и сделал, но сейчас не стал пороть горячку. — У Климова было много друзей, а может и тех, кому он тоже что-то обещал. Я бы отдал вдове все.
— После того, что он с тобой сделал? — возмутилась мать. — Герман! Считай, это компенсацией за все то, что всем нам пришлось пережить из-за этого человека.
