Они же не отказались это есть, а значит, я доказала, что картофель вполне пригоден в пищу. Но, с другой стороны, они никак не выделили это блюдо и не рассыпались ему в похвалах. И если так, то сможем ли мы сделать картошку изюминкой нашей чайной? Станут ли посетители приходить к нам именно для того, чтобы попробовать приготовленные из нее блюда?
Размышляя об этом, я и поднялась с подносом на второй этаж.
— Вы еще не ужинали, месье? — спросила я, постучавшись в кабинет Краузе.
Я уже знала, что именно тут он обычно коротает свои вечера — в окружении книг и старых писем.
У него не было родных и друзей, и он заменял их воспоминаниями и придуманными кем-то историями.
— Я как раз собирался, мадемуазель, — откликнулся он не слишком приветливо. — Что вам угодно?
— Мой слуга привез свежайших карпов, — сказала я. — Я подумала, что они придутся вам по душе.
Я вошла в кабинет и поставила поднос на стол, за которым сидел хозяин. Жареная рыба пахла просто волшебно, и я была почти уверена, что он не сможет перед ней устоять.
— Я предпочитаю более легкий ужин, — проворчал он.
— Если вам покажется, что этого слишком много, то булочку можете оставить на утро, месье, — улыбнулась я.
Хотя сама я предпочла бы, чтобы он попробовал шанежку немедленно. Возможно, месье Краузе тоже не был гурманом, но он наверняка был более искушен в еде, чем Кип. Но я знала, что в моем присутствии есть он не станет, а потому оставила его в кабинете и вернулась на первый этаж.
А вот там я застала весьма любопытную сцену. Началось чаепитие, и в дело пошла выпечка.
Шаньги у Рут в этот раз получились пышными и румяными, и гости хвалили их наперебой. В том числе и те, которые были с картошкой.
Когда я остановилась на пороге, один из мастеров как раз доедал именно картофельную шанежку. Он облизал пальцы и повернулся к Рут.
— Кабы я не был женат, — сказал он, — я бы женился на тебе, чтобы каждый день есть такие вот пироги.
И в руках Армель я тоже увидела такую же уже наполовину съеденную шаньгу.
А когда и Кип, и мастера ушли, я поднялась к месье Краузе за подносом.
— Благодарю вас, мадемуазель, — чинно сказал он, возвращая мне пустые тарелки. — Ваша служанка превосходно готовит.
— Вам понравилось, правда? — разволновалась я. — И гарнир? Гарнир к рыбе вам тоже понравился?
Он кивнул:
— Да, вполне. У него очень нежный вкус. Правда, я не смог определить, из чего он приготовлен. Но я давно уже не балую себя никакими изысками, так что про некоторые продукты решительно позабыл.
