Он сам предложил мне картошку!
— Я плохо помню, месье, что растет там на грядках, — небрежно ответила я. — А потому не уверена, что это именно то, что мне нужно."
"— О, я уверен, что это полезные растения! — принялся убеждать меня он. — И я готов продать их вам по самой привлекательной цене. Уверен, из них получатся прекрасные зелья. Вы можете приехать в свою бывшую усадьбу прямо завтра, мадемуазель, и сразу забрать с грядок то, что вам понравится. Скажем, за пару золотых.
Он снова пристально на меня посмотрел.
Пытался понять, как я отреагирую на заявленную цену. И боюсь, я его разочаровала.
— Два золотых? — возмущенно фыркнула я. — Да вы смеетесь надо мной, сударь! За ту траву, что не годится даже на корм скоту, я не готова заплатить больше двух серебряных монет! А большинство из нужных мне трав я могу найти и в лесу. И совершенно бесплатно!
— Насколько я знаю, мадемуазель, некоторые растения в лесу вы никак не найдете! — торопливо заговорил он. — Там перед домом целое поле с… как его там… картофелем! Наверняка ваша матушка садила его не просто так!
— Пять серебряных монет! — предложила я.
— И ни монетой больше! И учтите, сударь — каждую траву нужно собирать в свою пору. Пройдет еще немного времени, и я не дам вам за нее даже медной монеты.
— Один золотой! — чуть громче, чем прежде, сказал он. — И я дам вам телегу, чтобы вы могли довезти всё до своего нового дома!
Торговаться и дальше было уже опасно. Если он закусит удила, то может и вовсе мне отказать. А потому я кивнула.
— Хорошо, сударь. Я приеду к вам завтра утром.
Я неспешно спустилась по лестнице, вышла на улицу. И только когда я удалилась от его дому на пару сотен метров и свернула в переулок, что вел на улицу Белошвеек, я позволила себя улыбнуться.
Глава 32Когда я вернулась домой, Рут сообщила, что меня ожидает какой-то молодой человек.
— Кажется, его зовут Шелти, — не очень уверенно добавила она. — И у него огненно-рыжие волосы.
Ого! Кажется, это стряпчий месье Шекли. Но что ему понадобилось от меня? Я оставила ему свой адрес, но была уверена, что это простая формальность, и наше с ним общение уже осталось в прошлом.
Поскольку у нас не было отдельной комнаты, которая могла бы служить гостиной или кабинетом, гость дожидался меня на кухне. Он сидел за большим столом и пил чай с мёдом.
— Превосходный у вас мёд, мадемуазель Бриан! — заявил он, когда я вошла. — Я никогда прежде такого не пробовал.
Я кивнула ему и сдержанно улыбнулась.
