Кори вышла из машины первой и сразу же отступила в сторону, стараясь, как и большинство нормальных жителей Медсин-Крика, не сталкиваться лицом к лицу с этим странным и угрюмым человеком. Однако она заметила, что он почти не изменился за последнее время: такая же копна неухоженных рыжих волос и лохматая серая борода, обрамляющая почерневшее от солнца и испещрённое глубокими морщинами лицо. Борода была такой густой, что закрывала почти всё лицо, оставляя лишь чёрные глаза, узкие, потрескавшиеся от ветра губы и небольшую полоску лба.
Как всегда, он был в изрядно поношенных джинсах, грубых ботинках на толстой подошве, выгоревшей голубой рубашке и широкополой ковбойской шляпе. На шее у Джеймса был небрежно завязан старый, потрёпанный платок. Ему было далеко за пятьдесят, но из-за своей пышной шевелюры он выглядел лет на десять моложе. Подойдя поближе, Джеймс скрестил на груди руки и выжидающе посмотрел на гостей.
Пендергаст вышел из машины и быстро направился к нему, поправляя полы пиджака.
— Оставайтесь на месте, — прорычал хозяин, делая предупредительный знак рукой, — и скажите, чего вам от меня надо.
Кори судорожно сглотнула и нервно посмотрела на Пендергаста. Если здесь должно произойти что-то важное, то оно произойдёт сейчас.
Пендергаст остановился и примирительно поднял руки.
— Если не ошибаюсь, вы мистер Джеймс Дрейпер, правнук Исайи Дрейпера?
Услышав это, Джим выпрямился, и в глазах его блеснуло любопытство, хотя они по-прежнему выражали недоверие.
— И что дальше?
— Меня зовут Пендергаст, — представился агент ФБР.
— Я хотел бы поговорить с вами о так называемой резне в Медсин-Крике, случившейся 14 августа 1865 года. Судя по вашим утверждениям, вы правнук единственного свидетеля этого события, оставшегося в живых.
Упоминание о резне привело к драматическим переменам на лице Джима. Сперва оно исказилось от боли, потом его глаза выразили сочувствие, а подозрительность сменилась любопытством.
— А эта юная леди, если её можно так назвать, кто она такая?
— Это мисс Кори Свенсон, — сказал Пендергаст.
Лицо Джима вытянулось от удивления.
— Малышка Кори? — выдохнул он. — Господи, что ты сделала со своими симпатичными светлыми волосами?
«Ела слишком много яиц», — хотела было ответить Кори, но вовремя сдержалась, зная крутой нрав Джима и его непредсказуемость. С таким человеком лучше не связываться, поэтому вместо ответа она лишь пожала плечами."
"— Ты выглядишь ужасно, Кори, — продолжал, разглядывая её, Джим. — И почему-то вся в чёрном.
