В основном небольшие керамические горшки, из которых торчали длинные каменные наконечники для стрел или копий. Тело мумии было покрыто лохмотьями. В древние времена они скорее всего были шкурой оленя.
Раскович огляделся и снова с облегчением вздохнул. С первого взгляда он догадался, что попал в древнюю индейскую погребальную камеру, где хранились не только тела умерших индейцев, но и принадлежавшие им при жизни вещи.
— Мать твою… — выругался он, преодолевая чувство стыда. Только сейчас он вполне осознал, что натворил.
Как полицейский он впервые участвовал в серьёзной операции — и так опозорился перед шерифом Хейзеном и другими членами команды. Теперь с его карьерой покончено. Раскович не мог поверить, что сбежал с операции, как самый трусливый заяц, бросив товарищей на произвол судьбы. И вот сейчас он стоит в этом могильнике и не знает, что делать, а где-то рядом рыщет убийца. Ему стало стыдно и больно оттого, что он поступил как предатель и теперь ждёт поддержки от тех, кого так трусливо бросил в трудную минуту.
Следовало оставаться с командой Хейзена и идти с ними до конца. А ещё лучше — не покидать родной университет, подавать мокрым детям полотенца в бассейне или продавать парковочные билеты на местной стоянке."
"И вдруг, повинуясь приступу бешенства и отчаяния, Раскович размахнулся и сильно ударил ногой по мумии. Нога вошла глубоко в пустое нутро, голова мумии дёрнулась и отлетела в сторону, а тело рассыпалось. Из бурого облака вылетела стая каких-то белых насекомых, которые, звонко зажужжав, мгновенно исчезли в темноте.
Голова мумии при падении раскололась на мелкие кусочки, а из-под них появилась змея цвета слоновой кости и проворно уползла в сторону, как белый призрак.
— Чёрт возьми! — выругался Раскович, попятившись. — Будь ты проклята!
Какое-то время он стоял, тяжело дыша и прислушиваясь к хриплым звукам в груди. Что теперь делать? Куда идти? Куда бежать? Раскович не знал, откуда пришёл и куда теперь идти.
Надо думать, во что бы то ни стало вспомнить тоннель, по которому он пришёл сюда. Раскович беспомощно огляделся, но ничего, кроме острых камней и свисающих сталактитов, не заметил. Он припомнил, что долго бежал по какому-то узкому проходу, покрытому толстым слоем песка. Значит, можно попытаться обнаружить свои следы на песке. Раскович также вспомнил, что потолок в этом тоннеле был таким высоким, что он его почти не видел.
