При Валериане женщины не особо оголяли свои прелести, так как все знали, что мужской силой император обделен.
Но сейчас началась какая-то вакханалия...
ГЛАВА 96
Заниженные декольте, облитые блестками участки тела, как можно больше которых хотели оголить девушки, туго зашнурованные корсеты, плотно обтянутые округлости и томные вздохи…
Это я еще левым глазом не смотрел на девушек, которые увивались вокруг меня. Даже не хочу думать о том, что сейчас было в их фантазиях.
Сношение с моей короной, со мной, или и с тем и с другим одновременно?
Даже Агнесс, которая обожала изображать из себя святую невинность, вышла на охоту, облачившись в откровенное ярко-красное платье, пламенеющее, как факел.
Избранная чувствовала, что скоро от ее избранности не останется ничего, и сменила тактику.
Кстати, должен признать, что красный цвет ей откровенно не шел.
И вот рядом со всем этим маскарадом моя Ева выделялась так ярко, что буквально ослепляла собой.
Преисполненная сдержанности и достоинства, в своем великолепном, но скромном синем платье, с темными локонами, струящимися по плечам, она напоминала драгоценный голубой бриллиант рядом с россыпью кричащих ярких стекляшек.
Истинная королева.
Как же я жду того дня, когда смогу назвать ее своей императрицей...
Когда объявили первый танец, открывающий бал, в отличие от других леди, она не бросилась ко мне с комичной поспешностью, с которой это сделали другие девушки наперегонки.
По традиции любая женщина на коронации могла пригласить на открывающий танец императора, если он не состоял в браке.
А ему нельзя было отказаться.
Так что свалку вокруг меня устроили нешуточную.
Мне действительно нужно как можно скорее жениться на Еве, чтобы все эти дуры перестали выпрыгивать из своих корсетов.
Как назло, самой шустрой оказалась Агнесс, добежав до меня первой, словно за ней по пятам гналась свора чумных.
– Позвольте пригласить вас на танец, Ваше Императорское Величество, – томно прошептала Избранная.
Я посмотрел на Еву, но она только слегка улыбнулась, не выказывая абсолютно никаких признаков ревности.
А вот я уже начал ревновать к окружившим ее мужчинам, но успокоил себя мыслью, что мучиться осталось недолго."
"Я положил руки на талию Агнесс, отчего она заметно вздрогнула всем телом, и сделала вид, что готова бухнуться в обморок от переизбытка чувств.
Постаравшись сделать дистанцию между нами максимальной, я закружил ее в танце. Но это было не так-то просто.
