— Соскучились по Родине, мистер Ньюлэйк?
— Не нравится местный промозглый ветер, — отозвался я. — Ну? Это реально?
— Реально. Но сложно, — ответил он спокойно.
— А меня это должно волновать?
Несколько секунд мужчина молчал, а затем усмехнулся и спросил:
— А нас должна волновать ваша жизнь?
— Нет, — пожал я плечами. — Вот только что вы будете делать, если родители мне передали важные данные, которые могут быть очень полезны как бриташкам, так и вашему начальству?
Мужик нахмурился и покачал головой.
— Они вам ничего не передавали, — уверенно произнёс он.
Я улыбнулся так, что он поморщился, а затем сказал:
— Вы не можете этого знать наверняка, уважаемый кахетинец. А я могу случайно оказаться в лапах врага и разболтать ценные сведения.
Он поджал губы, надулся и недовольно покачал головой.
— Так помощи не просят! — изрёк он.
— Я помощи и не прошу. Я беру в долг ваши услуги. Потом отдам.
Несколько секунд он буравил меня взглядом, а затем расхохотался.
— Идёт, чертяка! Давай быстрее свалим отсюда!
Он быстро открыл створки своей тележки и достал из нижнего ящика ещё один жёлтый халат с капюшоном.
Без лишних слов кахетинец сунул его мне в руки. Пока я одевался, мужик вытащил ещё и короткую накладную бороду и парик.
Я удивлённо уставился на него.
— Быстрее давай, — торопил он меня, оглядываясь по сторонам. — В этой точке камер нет! А реквизит у нас добротный. В темноте за настоящее сойдёт.
Я не стал спорить и нацепил ещё бороду с волосами. Они были недлинными, под стать моему молодому телу.
— О, отлично! Выглядишь почти как юный бедуин, впервые зашедший в город, — сказал лавочник по-арабски.
Я посмотрел на него с укором. Пусть в зеркало я себя не видел, но мне казалось, я похож на нелегального беженца, которого богатая фаворитка-вдова сводила к модному брадобрею.
— Да не криви ты рожу, — продолжил кахетинец всё так же по-арабски. — Не понимаешь, просто молчи!
И уставился на меня с любопытством, мол, как я отреагирую.
Из-за угла вышли трое парней, кахетинец стоял к ним полубоком и не заметил.
— Шайтан дери тебя, дядя! — воскликнул я на том же языке. — Опять у тебя вся курица сгорела⁈ Молодых британских франтов чем кормить будешь? Козьим дерьмом?
Он округлил глаза, а затем одобрительно кивнул и выдал на арабском длинную серию витиеватых ругательств.
Пареньки прошли мимо, насмехаясь и тихо обзывая нас обезьянами.
— Отлично, парень, — кивнул кахетинец, — ты лучше, чем я думал. Идём.
