"
"Грёбаная реакция! Сколько раз я пытался её в себе убить, и каждый раз мимо!
Всей сущностью тянусь к этой упрямице, и от этого ещё больше сатанею…
— Водки или что-нибудь покрепче? — уточняет Тимур, жестом указывая на выход.
— Вискарь плесни, — сухо бросаю, следя за действиями Иванны.
***Она неподражаема в умении выводить мужчин из себя.
Какого дьявола творит?
Решила поиграть со Стасом в лечебницу?
Пренебрегая логичным замечанием Валевского, эта наивная, добрая душа со всех ног бросается оказывать первую медицинскую помощь Черкасову.
«Стерва!» — сжимаю руки в кулаки, ощущая, как грудную клетку распирает давление.
Откуда у побледневшего птенчика столько храбрости набралось?
И ведь нарочно игнорит меня, чтобы ещё больше подлить масла в огонь, именно туда, где беснуются мои внутренние черти.
Я знаю, какие у девчонки заботливые руки. Знаю, как нежно она может ими трогать мужчину. Её прикосновения настолько приятны, что от них по телу пробегает дрожь.
Инстинктивно прикасаюсь к шраму над бровью, желая, чтобы этот лазарет закончился, не начавшись.
Доктор_оторви_и_выкинь может сам о себе позаботиться.
Нехуй его лечить!
Посылаю Стасу красноречивый взгляд. Поймав его, товарищ самостоятельно поднимается на ноги и берёт из рук Ивы махровое полотенце, смоченное в холодной воде.
— Давай помогу, — слышу я голос Иванны, когда ухожу в спальню, чтобы подобрать с пола её чертово платье.
— Всё нормально. Я сам, — шипит Черкасов, приводя себя в порядок.
Правильно.
Шнобель ты и сам себе поправишь. Лучше тебя этого никто не сделает. С хера ли девочку напрягать?
Верчу в руках её наряд. Ткань на лифчике влажная, пропитана чем-то липким с запахом алкоголя и её собственным.
Не устояв перед искушением, я подношу платье к носу и, словно маньяк, с наслаждением втягиваю тонкий аромат…
Башку заново срывает.
«Мало… Мне этого слишком мало…» — скрипнув зубами, судорожно выдыхаю. Животные инстинкты «устранить соперника и подчинить самку» берут верх.
— Держи, — Тимур протягивает мне стакан с виски. — Удивил ты, старик. Мог бы и раньше поставить нас в известность. Похерить дружбу из-за девчонки — это как минимум глупо. Тебе бы со Стасом потолковать.
Залпом осушаю порцию спиртного. Огненная вода раздирает горло своей терпкой горечью, растекается по венам, но облегчения не приносит.
— Позже потолкуем, когда отправлю Иванну домой. Ей здесь не место, — говорю я, опуская стакан на тумбочку возле кровати.
