Родовую вотчину династии Цин не зря называют «китайской Сибирью». Для теплолюбивых ханьцев холодный климат трех северо-западных провинций часто был невыносим. Желая заселить пустынные земли, власти вызвали сюда переселенцев. Те сразу разделились на две группы. Хозяйственные оборотистые шаньсийцы изначально были нацелены на торговлю и быстро разбогатели. А голодранцы из малоземельного Шаньдуна соглашались на любую работу, только работы этой не находилось. И отчаявшиеся люди, буквально умиравшие с голоду, пошли в бандиты.
А что еще им оставалось?
Провинции Маньчжурии отличались разнородностью. Из семнадцати миллионов, их населявших, подавляющее большинство составляли приезжие ханьцы. Собственно маньчжуров насчитывалось всего миллион семьсот тысяч. Почти все мигранты поселились в самой южной провинции Фэнтянь[71], поближе к родным теплым местам. А север обжили ссыльные, дезертиры и беглые преступники. В Китае имелась поговорка: «Из хорошего железа не делают гвоздей, хороший человек не пойдет в солдаты».
Начиная с неудачной японско-китайской войны 1895 года вояки бежали из армии чуть ли не батальонами. И прятались в сопках, где мыли золото, сеяли опиумный мак или просто кормились разбоем.
Новый толчок этническому бандитизму дало строительство Китайско-Восточной железной дороги. Она прорезала северо-восточные провинции насквозь. Зафырчали паровозы, хлынули по рельсам миллионы и миллионы пудов ценных грузов. Оживился весь край. То-то началось раздолье для краснобородых! Выросли новые города вроде Харбина и Порт-Артура, приехали люди с капиталами.
Русские деньги преобразили «китайскую Сибирь». И ряды искателей добычи пополнились. Для борьбы с ними пришлось создать особую охранную стражу. Костяком ее стали уссурийские казаки, но много прибыло и авантюристов. К 1913 году стража, преобразованная в Заамурский корпус, насчитывала уже шесть пеших полков и шесть конных. В них входили шестьдесят рот и тридцать шесть сотен, усиленных пулеметами, артиллерией и саперами.
Когда в соседней Корее на реке Ялу появились лесные концессии «клики Безобразова», в которой участвовали августейшие особы из дома Романовых, лесные братья опять пригодились. Концессионеры наняли разбойников для охраны! Генерального штаба подполковник Мадритов, управляющий работами, призвал для установления порядка шайку Линчи. Этот известный головорез был приговорен в Китае к смертной казни и укрылся от властей в Корее.
