Глава двадцать седьмая"
"Кит не явился в охотничий домик Меган к ужину. Девушка поджидала его в своей комнате, тщательно одетая, и уговаривала себя не выказывать эмоций, когда он приедет, чтобы принять ванну и переодеться, однако… Часы тикали, и в животе у нее уже урчало от голода, но Кит так и не пришел.
Тогда Меган спустилась в кухню, где Джинни и Лесли поджидали хозяев. Оба взглянули на нее с надеждой.
– Его светлость еще не приезжал, мистер Лесли?
– Нет, миледи… и скоро уже стемнеет, – ответил камердинер.
Невзирая на то что было еще вполне светло, Лесли заметно нервничал: – Дозволено ли мне будет поинтересоваться, миледи… А в здешних горах водятся волки?
Сердце Меган стиснуло, словно клещами. Нет, волки тут не водились, но было много иных напастей. А что, если Кит упал с лошади? Или что-то упало на него? Перед ее внутренним взором вновь возникли картины, одна страшнее другой: Кит лежит где-нибудь в старом замке, глядя в темнеющее небо, придавленный обгорелыми бревнами… Он в крови… нога у него сломана…
– Уверена, он просто потерял счет времени.
Джинни, собери в корзинку какой-нибудь еды, и я ее отнесу. Только схожу наверх и переоденусь.
Меган поспешила наверх, лихорадочно соображая, где взять бинты… А, может, ей понадобится остро отточенный нож? В конце концов, она решила взять и то и другое, сунула в котомку чистую простыню, чтобы в случае надобности разорвать ее и перевязать кровоточащие раны Кита, отыскала и нож. А затем с бьющимся сердцем вновь спустилась на кухню, где ее уже ждала корзинка с провизией.
Когда Меган добралась до долины, она готова была к самому худшему – девушка лишь молилась, чтобы застать графа живым. Она со стыдом вспоминала, как призывала на его голову кары небесные, после того как он грубо отказался взять ее в жены тогда в Дандрамми… О, чего она только ему тогда не желала! А если проклятие и впрямь можно наслать?…
Меган подхватила юбки и ускорила шаг. В шотландских сказках часто повествуется о призраках, проклятиях и злых заговорах.
Наверняка кое-что из этого на самом деле существует! Добравшись до вершины холма, девушка застыла как вкопанная.
Кит сидел на траве перед своей хижиной, задумчиво глядя на озеро. В лучах закатного солнца лицо его казалось бронзовым, а волосы – почти медными. Меган прижала руку к сердцу – она испытала столь великое облегчение, что колени ее едва не подогнулись. Овладев собой, она взяла корзинку в другую руку и направилась к Киту.
