Спустя полчаса в дверях появился запыхавшийся клерк, а следом за ним – мистер Грант собственной персоной."
"– Доброе утро, милорд! Надеюсь, у вас все благополучно?
– Смею вас уверить, вполне, – отвечал Кит. – Однако у меня есть к вам ряд вопросов.
Сев за стол, Грант внимательно взглянул на собеседника:
– По поводу Глен Дориан? Уж не случилось ли там часом чего-то… ну, скажем так, сверхъестественного?
– Ну это как посмотреть… – Кит сделал вид, что не понял намека. – Я совершенно уверен, что долина – идеальное место для выпаса крупного скота и овец также – и не понимаю, отчего там нет пастухов со стадами.
Грант откинулся на спинку стула:
– Ну… там были когда-то пастухи, но давно, очень давно… Люди, некогда там жившие – Макинтоши – были изгнаны.
– Изгнаны?
– Да. Объявлены изменниками после битвы при Каллодене и изгнаны. Безжалостно. Хижины их сровняли с землей, замок сожгли дотла, а коров и овец увели.
Кит тотчас припомнил рассказы о том, как правительственные войска после битвы шли маршем через всю Шотландию, ища последних беглых якобинцев, а попутно грабя, насилуя и разрушая все на своем пути.
Боже правый, неужели Натаниэль Линвуд был таким же?…
– Понимаю. Но отчего они не вернулись в родные места?
– Позволю себе предположить, что возвращаться было просто некому. Большинство мужчин из Глен Дориан были арестованы, многие… в общем, даже хуже. Леди Майри Макинтош с горсткой тех, кого ей удалось спасти, бежала в горы. И она поклялась, что вернется, чтобы дождаться возвращения мужа, и сдержала свою клятву… Одна беда: возвращаться-то было, по сути, некуда.
Не было более в Глен Дориан ни овец, ни коров, ни людей.
– Но отчего больше никто не пасет там свой скот? Ведь неподалеку есть фермы.
Грант просиял:
– О да, фермы поблизости есть! Однако земля эта считается издавна проклятой. По правде говоря, именно поэтому вам несказанно повезло, милорд!
– Как так? – опешил Кит.
– Вы представить себе не можете, у скольких землевладельцев проблемы прямо противоположные! На их землях чересчур много арендаторов, и хозяева не чают, как от них избавиться, чтобы освободить площади под прибыльное мясное животноводство и выпас рунных пород овец.
И, по моему разумению, этим беднягам лучше и впрямь убраться вон с земель – туда, где они смогут начать новую, лучшую жизнь… Собственно, кто сказал, что на новых местах они не найдут себе лучшей доли?
– И куда же им податься? – спросил Кит.
