Хозяйка позвала в гостиную, и мы очутились в небольшой каморке, битком набитой мебелью. Две стенки, стол, штук шесть стульев, диван, кресла и фикус в углу. Свободного пространства просто не оставалось. К тому же там и сям виднелись картонные коробки, перевязанные веревками, а под обеденным столом обнаружился мешок с сахаром.
– Врача не вызывали, – сказала женщина, – может, вы в девяносто третью квартиру шли, там тоже Роговы живут, часто путают.
– Я психолог, сейчас проводим тестирование детей на предмет готовности к школе.
– Скажите на милость! Только наши совсем малютки, ни читать, ни писать не умеют. Старшей только-только шесть исполнилось.
Я поглядела на копошащуюся кучу детей и довольно невежливо заметила:
– Сколько их?
– Пятеро.
– И что, все ваши?
– Дочкины, нарожала погодков, просто голова кругом идет!
– Зачем же столько? Наверное, тяжело воспитывать, да и материально трудно.
– И не говорите, – начала Антонина Максимовна. Но тут раздался легкий скрип, и в тесную гостиную вдвинулись две огромные московские сторожевые.
На спине одной восседала сопливая девчонка лет трех. Другая собака держала в зубах, словно щенка, существо в памперсах. Я испугалась.
– Боже, она сейчас искусает ребенка!
– Никогда, – твердо сообщила бабушка, – Рекс абсолютно безобиден. Видите, держит за маечку.
В этот самый момент кобель разинул пасть, и младенец с громким стуком плюхнулся на пол, но не заревел.
Очевидно, подобный способ передвижения был ему не в новинку. Собаки, шумно вздохнув, легли на пол, полностью закрыв свободное пространство.
– Сегодня не так жарко, как вчера, – констатировала Антонина Максимовна, – пойдемте чайку глотнем. Знаете, любому гостю рада. Сижу целыми днями одна с детьми, поговорить не с кем.
Переступив через собак, мы двинулись в кухню. Там обнаружился мальчик, самозабвенно выковыривающий из кастрюльки куски холодной каши. На столе теснились грязные тарелки с недоеденной картошкой и чашки с недопитым чаем.
Хозяйка сгребла остатки на одно блюдо, поставила его у мойки и крикнула:
– Чанг, Рекс!
Собачищи пригалопировали на зов и, отталкивая друг друга задами, принялись жрать картошку.
Откуда ни возьмись появилась беременная кошка и плюхнулась на стол прямо передо мной.
– Тяжело, наверное, с таким хозяйством в маленькой квартире, – посочувствовала я.
– Ой, – махнула рукой Рогова, – одуреть можно. Ведь две комнаты всего.
– Зачем же столько детей?
– И я так думаю, только зять верующий, аборты делать не разрешил.
