Ну, вроде, всё в порядке? Тянуть время дальше не имело ни смысла, ни повода, и Ева, затаив невольно дыхание, перенесла ногу через черту, за которой уже тридцать лет, как властвовала жуть и чернота.
Чёрная пыль хрустела под подошвами, подобно свежевыпавшему в морозный день снегу. Эти крошечные, подобно частицам кварцевого песка, кристаллики, не поддающиеся, если верить университетским умникам, никакому механическому воздействию. Это была ещё одна из бесчисленных тайн Московского Леса – откуда берётся этот материал, из чего он состоит, почему именно в местах Прорывов в него обращается растительность, но никак не живые существа? Даже привычное стремление защитить органы дыхания и рот от чёрной пыли вызваны не боязнью отравления или заражения, а стремлением защитить организм от этого неистребимого порошка.
Ну и известный любому егерю эффект, когда из руки, погружённой в кучку чёрной пыли, словно высасывает жизнь, энергия, а ни смену им приходит леденящий холод.
Объяснить этот эффект не смог ни один из учёных, работавших с этой загадочной субстанцией – возможно, как уверял Бич, дело было в том, что образцы чёрной пыли, изъятые из общей массы быстро теряли свои загадочные свойства? Так или иначе, избегали её инстинктивно, без каких-то поддающихся логике причин.
От ясно видимой границы Мёртвых кварталов до ближайших домов – неказистых, постройки ещё пятидесятых голов прошлого века, кирпичных пятиэтажек – было метров семьдесят. Ева прошла немного вверх по улице – судя по старой, ещё доприливных времён, карте, это была Восьмая Соколиная.
Часть окон на фасадах скалились острыми клыками выбитых стёкол, но большинство уцелело. В дверных проёмах не колыхались занавеси из проволочного вьюна или пожарных лиан, которые непременно затянули бы любое окно или дверной проём в прочих частях Леса. Да и откуда им тут взяться – с самого Зелёного Прилива здесь ни выросло ни былинки, что зелёной, что чёрной. Пыль свешивалась фестонами с косяков, и Ева старалась не приближаться к подобным «украшениям» – казалось, от малейшего колебания воздуха она мягко обрушится вниз и чёрным облаком окутает неосторожного, рискнувшего потревожить её мёртвый покой.
А оно ей надо?"
"Ева подошла поближе, старательно огибая кусты, более похожие на чёрные сугробы, и остовы автомобилей, на крышах и капотах которых громоздились толстенные подушки всё той же зловещей субстанции.
