- То есть, они знали, что в Лесу не было известно об обитающей в Офисе общине?
- Ну не зря же этот марамой у нас проторчал пять лет кряду? Выяснил и это и, надо полагать, ещё много чего другого… интересного. Клык на холодец, он и к налёту на ГЗ имеет отношение!
- Ладно, об этом ещё успеем спросить. – сказала Франа. Она допила свой кофе и сидела, обхватив себя руками за плечи – словно ей было холодно. Сейчас важно, что Патрик с Умаром живы и здесь, рядом.
Да, ребят надо вытаскивать. – подтвердил егерь.
-Их, клык на холодец, держат тут как заложников. Понимают, сволочи, что мы в нашем Лесу их теперь в покое не оставим…
- Вы, как я понял, были в штаб-квартире ЦВЛ, когда работали здесь? – спросил «варяжский гость».
Случалось несколько раз. – кивнула девушка. – Они сидят в церкви Святого Патрика. Это на Пятой Авеню, недалеко, всего в неккольких кварталах отсюда.
В соборе, говоришь? – егерь ухмыльнулся. – А у них губа не дура... Или просто понты колотят, фраера дешёвые?
- Не знаю… - итальянка пожала плечами.
Смысла последней реплики она не уловила. – Но даже если мы найдём наших, то как будем возвращаться назад?
- ЦВЛ-овцы, как я понял, используют в своих ритуалах «чёрных зомби». – задумчиво произнёс Сергей. – А нам что мешает сделать то же самое?
Брови «варяжского гостя поползли на лоб». Секунду спустя к нему присоединилась и Франа.
- Только не говорите, Сергей Петрович, что вам знакомы их ритуалы!
- Не знакомы. – не стал спорить егерь. – И у падре Джеронимо не спросишь.
Трен, вон, пытался, а проку?
- Так что же делать?
- Моня, не расчёсывайте мне нервы, их есть кому испортить. – ухмыльнулся егерь. – Вот доберёмся до места – и будем думать. А сейчас давайте-ка добьём коньячок. Клык на холодец, нескоро нам ещё придётся вот так, со вкусом, посидеть…
***
- Всё запомнили? – повторил Сергей. – первыми идут сетуньцы. Уочиви и дядя Вова за ними с отрывом на три пролёта. Следом остальные, на каждой второй площадке задерживаемся, контролируем прилегающий переулок.
Если что – огонь открывать без разговоров. Чекист с Мехводом прикрывают и спускаются последними, не раньше, чем сетуньцы доберутся донизу."
"Они стояли в узком коридоре, торец которого перегораживала металлическая дверь с узким стеклянным окошком. Ева выглянула наружу – пожарная лестница уходила вверх и вниз; до земли отсюда было не меньше дюжины решётчатых пролётов со ступеньками, из стальных часто наваренных прутьев.
