На плече у неё стволом вверх лежал карабин с раскладным прикладом в виде металлической рамки. Несмотря на весь ужас своего положения, Пако не мог не заметить, что женщина – скорее, девушка, вряд ли она старше двадцати пяти, - очень красива: чёрные, как смоль, волосы, гладкая нежная кожа, и даже старательно наложенный лёгкий макияж, контрастирующий со свежей царапиной на щеке. За её спиной возник белый мужчина, одетый в старомодную военную форму, с выцветшей добела пилоткой, украшенной металлической звёздочкой зелёного цвета.
В руках у него курился голубоватым пороховым дымком массивный автомат с решётчатым стволом, деревянным прикладом и большим, как у «Томми-гана», патронным диском.
- Ты кто, chico?[2] - спросила девушка, и юноша машинально отметил, что испанский для неё наверняка не родной. – И что с тобой собирались делать эти bastardos negros?[3]
[1] «Запрещённые барабанщики», альбом «Убили негра», 1999 г.
[2] (исп.) Чико - парень, мальчик.
[3] (исп.) Бастардос негрос - Черномазые ублюдки.
VI
Северная Америка,
Манхэттен.
Штаб-квартира банды Pirus.
Пока Пако приходил в себя, пока сбивчиво отвечал на первые вопросы, пришельцы умело зачистили от негров весь этаж торгового центра. Все они, к немалому его удивлению, оказались белыми – до сих пор юноша полагал, что их собратья имеют шанс выжить на Манхэттене разве что, в качестве рабов, да и то очень недолго. А тут – умелые, хорошо вооружённые и организованные бойцы, походя прихлопнувшие сопротивление подручных бокора и целого выводка зомби.
Пако ясно слышал шипение огнемёта, рёв пламени и истошный вой ходячих мертвецов, превращавшихся этажом ниже в обугленные головешки - как и длинные очереди ручного пулемёта, которыми пришельцы выкашивали лезущих снизу через лестничные пролёты чернокожих боевиков...
Кто эти беспощадные бойцы, как они сумели возникнуть из воздуха в отгороженной решёткой половине святилища культа вуду? Какая-то новая, никому до сих пор неведомая группировка? Диверсанты, вторгшиеся на Манхэттен из внешнего мира? Оставалось только гадать.
Гадать – и отвечать на вопросы смуглолицей красавицы."
"Некоторая ясность появилась, когда по коротким репликам, которыми обменивались чужаки, Пако сумел опознать их язык. У себя на родине, в Аргентине, ему приходилось сталкиваться с уроженцами северных провинций, где немало было потомков русских эмигрантов, и теперь уверенно опознал некоторые слова, которыми те обильно уснащали свою речь.
