Их смешивают с недоваренной крупой, луком, жиром и специями, затем начинают этой массой овечий желудок. После чего варят до готовности.
Я сглотнула подступившую дурноту, мысленно запрещая себе ужинать и обещая сесть на диету. К тому же красноречиво скривилась, из-за чего услужливые брауни переместились ко мне с жестяным тазом, испачканным в муке.
— Леди Сент-Клер! — вновь взвизгнула бывшая экономка.
— Расчет получите у Магды, миссис Голстен, — отмахнулась я и поспешила на выход.
Олли побежал следом, шумно дыша в спину.
Рядом с ним было не страшно бродить среди мрачных стен замка, рискуя вновь наткнуться на рыдающих банши.
При воспоминании о белой даме поползли мурашки страха, которые я сразу же отогнала от себя подальше. Переключилась на помощника повара и притормозила, позволяя парнишке поравнять со мной.
— Простите меня, — сразу же выдал Олли. — Наверное, не стоило болтать о миссис Голстем.
— Кто-то помогал изучать печи? — перевела тему разговора, не желая обсуждать бывшую экономку.
Я еще не разобралась со всеми проблемами в замке, не прочитала гроссбухи. Но надеялась, что Магда подняла их у покоев леди Юны.
— Отец научил, — гордо выпятил грудь Олли, и голубые глаза загорелись восторгом. — Люблю все чинить, разбирать и изучать. Это гораздо интереснее, чем возиться с овощами да помогать Жоберу на кухне.
Ну, прямо как Эрик Трастамара. Принц тоже обожал создавать волшебные устройства. К примеру, один из экспериментов закончился взрывом в королевском саду, когда мы с Далией стояли у окна.
— Месье Жобер ворует? — вновь задала вопрос, присматриваясь к Олли.
Парень оказался прост, как медяк: ни попытки увильнуть, ни избежать неудобного разговора.
— Позволяет себе пару лишних ложек во время проб, — фыркнул он и почесал затылок. Я присмотрелась к внешнему виду помощника повара, заметив след на щеке от сажи, который парень не стер. Рубаха у Олли выглядела относительно чистой, как и штаны. Видимо, не все в замке пренебрегали гигиеной.
— Кстати, никто не ответил, почему у вас так не любят мыться.
Повисло тягостное молчание, нарушаемое лишь нашими шагами. Затем Олли все-таки открыл рот и заговорил.
Оказывается, леди Юна запрещала использовать магические камни. Горячее водоснабжение было доступно только хозяйским покоям, таскать же тазики и ведра после трудового дня от печи никому не хотелось, а мыться в ледяной воде тем более. Объясняла тетка Терлака свое решение просто: слишком дорого.
