Вы хотите что-нибудь добавить от себя?
Я открываю рот, но Иден реагирует первым:
– Слушайте, если Келли пришла сюда, это не значит, что она здорова.
Невозможно.
– Я не знаю, что он наговорил, как он пытался все выставить, но я уверена, что он неправ, – выпаливаю я, глядя на Идена. – Неправ, демоны!
Он решил пожертвовать собой и нашим союзом – чтобы я осталась в академии.
Мысль вдруг кажется такой дикой, что мне хуже, чем было в лесу. Очень, очень паршиво. В голове снова каша, и я глупо перебираю собственные чувства.
Пару недель назад я безумно хотела избавиться от этого придурка.
Вчера я сомневалась, что захочу связать с ним всю жизнь, что Парный факультет – такая уж прекрасная идея.
А потом, на тесте, когда появилась реальная угроза, я поняла, насколько это глупо. До стыда. До дрожи в коленках. Я боялась за него – что он пострадает по моей вине. И еще позорно боялась другого.
Что мы завалим тест, нас выгонят с факультета, и мы перестанем быть парой. Что вся та невозможная дурь, которая творится между нами, исчезнет.
А я не хочу. Совсем, категорически. Настолько, что сейчас меня тянет призвать огонь и сжечь кабинет к ифритам.
Ведь если его отчислят, а меня оставят – это еще хуже.
Мы же можем сказать правду. Что у нас есть отношения, пусть они и возникли на самой нездоровой почве. Вдруг еще есть шанс убедить Илмана закрыть на это глаза – сейчас, когда он должен злиться на Глорию, а не на нас?! Если не получится, будет кошмарно, но даже так – в конце концов, есть другие школы! Проклятье, я всерьез о них думаю?
Иден пытается возражать, но я резко поворачиваюсь к Илману:
– Дайте мне тоже сферу.
Слышу свист воздуха над ухом – мой избранник то ли собирается ругаться, то ли отчаянно придумывает, как бы мне помешать. Но вариантов у него немного. Ректор смотрит на меня несколько долгих секунд, затем наклоняется, чтобы отодвинуть ящик стола, и достает шар с заклятьем.
Я шагаю к нему – отдаляясь от Идена. Хочется разгадать эмоции Илмана, но это вряд ли поможет.
Лучшее, что я могу, – действовать быстро и по возможности спокойно.
Последнее не так-то просто.
– Иден, вы не должны мешать, – наставляет ректор. – Или я прогоню вас и буду беседовать с вашей избранницей наедине. Келли, вы знаете, как работает сфера?
Киваю, но он все равно объясняет: что задаст мне три вопроса.
Пока я не отвечу на последний – смогу говорить только правду.
Мне не стоит волноваться: заклятье безвредно.
