– Значит, Вратислав утверждает, что любит тебя? – произнесла мама, а Поля неопределенно повела плечами. – А ты что?
– А мне без него плохо, – очень тихо все же ответила Полина и несмело добавила: – Как думаешь, у папы есть его номер? Я могла бы... Не знаю, что ему говорить, но я могла бы... Или через Горюнова можно достать номер.
Поля хмурилась, вздыхала, пыталась хоть как-то привести мысли в порядок, а заплаканное лицо – в норму, ведь скоро нужно идти на праздник, а у Полины глаза красные и заплаканные.
– Нет, доченька, – Полина увидела, как мама качает головой, глядя в сад из окна.
– Ненужно ничего и ни у кого узнавать.
Полина поняла, что мама отстранилась от наблюдательного поста, не смотрит сквозь стекло, а улыбается дочери.
– Будь здесь. Приводи себя в порядок. А я пока подумаю, как убедить отца слишком сильно не буянить, – подмигнула мама.
Поля поняла, что там, за окном происходят странные вещи. Ведь зачем тогда маме говорить намеками?
Архипова торопливо ринулась к окну. Коснулась стекла ладонью, потянула за ручку, распахивая створки настежь.
Полина слышала, как негромко захлопнулась дверь. Мама вышла из комнаты. Но любимая мамочка уже не занимала мысли Полинки. Она думала о другом человеке. О том, который беседовал с ее отцом.
Высокие и широкоплечие мужчины о чем-то беседовали, стоя друг напротив друга. По напряженным позам становилось ясно, что разговор был сложным. Полина знала характер отца, видела, что папочка рассержен. А Слава не уступал ему, говорил отрывисто, тихо, и взгляд Барновского скользил по окнам особняка, пока ни остановился на том самом окне, в которое едва не вывалилась Полина.
Поля прижала ладонь ко рту, пытаясь подавить всхлип. Даже на расстоянии было видно, как сильно изменился Слава за те две недели, на протяжении которых она не видела любимого. Похудел. Осунулся. Темные круги под глазами. И глубокая складка меж бровей.
– Папа! Не трогай его! – Полина уже после поняла: она выкрикнула эту фразу настолько громко, что заглушила все шумы и голоса, доносившиеся из сада.
Но забирать собственные слова было поздно. Да и не стала бы так поступать Полина. Потому что Слава сейчас здесь. В нескольких шагах от нее. Смотрит на нее, запрокинув голову. А люди отца преграждают ему путь в дом. За спиной Славы остановилась и его охрана, однако по поведению Белявского было ясно: у них приказ не вмешиваться.
А еще Поля увидела, как в саду появилась мама. Она приблизилась к отцу, обняла его, о чем-то торопливо заговорила ему на ухо.
