Увидев гостя, лорд Тоттенхем воскликнул:
– Рад встрече, Гримальди! Пришли, чтобы пригласить меня на ужин? Аллен говорил, что так и будет.
Марк протянул Тоттенхему руку для рукопожатия.
– К сожалению, нет, милорд, – ответил он. – Пока нет. Как вам известно, я помогаю в расследовании смерти сына герцога Колчестера.
Лорд Тоттенхем жестом пригласил гостя сесть. Сам же расположился в массивном кресле.
– Ах да-да… – закивал он. – Чертовски неприятная история. Джон был совсем молодым человеком. Я рад, что вы занялись этим делом.
Есть подозреваемые?
– Да, есть, несколько человек, – ответил Марк. – И мы решили собрать всех тех, кто был в доме Джона в тот вечер, в поместье герцога. Мы хотим понаблюдать за ними. Герцог пригласил их всех в Колчестер-Мэнор на поминки. И я пришел к вам предупредить, что несколько дней буду отсутствовать.
Лорд Тоттенхем раскурил трубку и выпустил в потолок кольцо дыма.
– Да, знаю. Я тоже там буду, – сказал он.
Марк в растерянности пробормотал:
– Вы, милорд?
Еще одно кольцо дыма проплыло в воздухе.
– Да, я, – кивнул хозяин кабинета. – Ведь Колчестер намерен назвать имя будущего герцога. Ходят слухи, что общество ждет сюрприз. Как я слышал, данное герцогство передается по наследству не совсем обычно. Решив, что это будет весьма любопытно, я попросил разрешения герцога присутствовать. Я его дальний родственник, поэтому он дал свое согласие. Ни за что не пропущу такое мероприятие.
– Значит, вы будете в Суррее?.. – Марк все еще не мог прийти в себя.
– Да. – К потолку поднялось третье кольцо дыма. – И я очень надеюсь, что вы привезете в Суррей вашу прелестную жену. Мне бы хотелось познакомиться с ней поближе."
"Пять минут спустя Марк сбежал вниз по лестнице и направился к своему экипажу. Лорд Тоттенхем едет в Суррей? Что ж, замечательно! Ведь все равно рано или поздно ему, Марку, придется рассказать о своем родстве с герцогом. Но им с Николь все это время следует притворяться любящей парой. В их взаимной любви не должен усомниться человек, от которого зависело его, Марка, будущее.
Глава 24
Они выехали в Суррей на следующий день рано утром. Николь надела темно-синее дорожное платье, накидку того же цвета и новую шляпку, купленную на Бонд-стрит. Супруги договорились не надевать черных траурных одежд, чтобы хоть на время не раскрывать родственных связей с герцогом, но все же в знак уважения к его светлости оделись в темное.
Очередной поход по магазинам стал для Николь разочарованием.
