– Но если я услышу, что ты потратил хотя бы шиллинг из этих денег на выпивку, – поверь, тебе не поздоровится.
– Нет, сэр. Что вы, сэр. Я понимаю, сэр. – Молодой человек быстро поднялся и выбежал из комнаты, сжимая монеты в кулаке.
А Марк надолго задумался. Было ясно: никто из троих не был виновен в отравлении маркиза. Судя по всему, они даже не знали, что их хозяина отравили. Кроме того, у них не было причин желать смерти лорду Джону. Они любили его, и служба у него обеспечивала их средствами к существованию.
Более того, эти трое обеспечивали друг другу алиби. Следовательно, они не нужны в доме дяди в Суррее. Но кто же тогда отравил вино его кузена? И как это произошло?
Марк стал машинально перебирать бумаги, лежавшие на столе. В данный момент он был не в состоянии выполнять даже такую рутинную работу. Ему хотелось побыстрее оказаться в Суррее и начать расследование. Его вещи уже были упакованы, и он подробно обсудил с Оуклифом стратегию. Генерал Гримальди чувствовал прилив энергии. Он всегда испытывал воодушевление, начиная охоту за преступником, будь то шпион или обычный убийца.
Встав из-за стола, Марк подошел к окну. Да, он был вполне готов к началу расследования. А вот к чему он оказался не готов, так это к жизни в одном доме с собственной женой.
Марк глухо застонал и провел ладонью по лицу. Они с Николь все эти дни почти не виделись. И уж тем более не прикасались друг к другу. Жили в одном доме… как соседи. Николь ходила по магазинам, а также осматривала дом и беседовала со слугами.
А он вместе с Оуклифом планировал расследование и выполнял свои служебные обязанности – управлял деятельностью английских шпионов. По службе у него стало меньше работы. После окончания войн с Францией обстановка стала намного спокойнее. Хотя, конечно, были странные попытки вернуть Наполеона на трон… Генерал криво усмехнулся. Одну такую попытку он вместе с братьями Кавендиш пресек в прошлом году. Но в основном работа его заключалась в борьбе с контрабандистами и всеми теми, кто нарушал законы на английских берегах.
Марк хотел выйти на политическую арену и провести масштабные изменения. Стране требовалась полиция. Сыщиков с Боу-стрит явно не хватало, и в этом Николь была с ним согласна.
Николь?.. Жена скорее всего решила, что он окончательно лишился рассудка. Она практически предложила ему себя, а он с презрением отверг ее – назло самому себе. Это было верхом глупости по целому ряду причин. Во-первых, он лишился очевидного удовольствия.
